Golden Gate

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Golden Gate » Архив игровых тем » there's something in the water


there's something in the water

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

1. Название воспоминания/события
there's something in the water
2. Действующие лица
Кася и Амбри
3. Дата/примерная дата и время
17 ноября 2011 г.
4. Краткое описание.
http://barbusak.ucoz.ru/pictures2/201107/ozero3.jpg

Отредактировано Umbrella Rookwood (2012-05-24 20:17:48)

0

2

Я могла предположить, что быть моделью означает, что все время придется ходить по разным агентствам, бывать в разных точках Сан-Франциско и позировать на камеру, ходить по подиуму, давать интервью и прочую фигню, коей страдают модели, но я никак не могла подумать, что быть моделью - значит быть далеко от Эстель! Безумно далеко! Так далеко, что не доехать на такси или обычной попутке, или на автобусе, или на своей машине. Настолько далеко, что придется искать местность, где бы ловила сеть, чтобы дозвониться до подруги для того, чтобы узнать, как у нее дела и когда она намеревается возвращаться! Я понимала, что Токио – это около десятка тысяч километров от меня, от дома, где я жила, но я не понимала, почему помимо километров я считала и дни. Высчитывала минуты, часы и сутки того времени, пока Иса была в столице Японии. Поверьте, меня это ужасно бесило и нервировало, что я не могу видеть Берти, что я не могу устроить ей очередной «концерт не по заявкам» (хотя бы его!), не могу выпить с ней чай, посидеть вместе с ней у нее на кровати, обменяться парочкой фраз и еще сделать много чего, чем мы занимались дома. Я просто не могла понять, почему подруги до сих пор нет дома, почему она не говорит мне правду, почему умалчивает о том, о чем я обязана знать, потому что волновалась за нее как никогда раньше, ведь Эль была вне поля моего зрения! И, да, это было для меня самой глобальной проблемой из всех тех, которые навалились на меня после того, как Либерти помахала мне платочком перед своим отъездом.
- Когда? – мне не требовалось говорить предложение до конца, ибо итальянка понимала меня с полуслова, а в данный момент вопрос касался числа ее возвращения. – Нет, я не понимаю! Я отказываюсь понимать это! Ис, это же… Да как так?! – хруст под ногами заставил меня опешить и направить свое внимание на ту самую ветку, которую я случайно сломала, пока шла в давно вызубренном мною направлении к пруду. – Извини, малыш, - уже более спокойно произнесла я и глубоко вздохнула, пытаясь не расплакаться от отчаяния, ведь Эстель мне только что сообщила, что пробудет в Токио еще примерно неделю. – Но объясни мне, почему? – у меня складывалось ощущение, что вокруг меня никого не было, либо все слушали внимательно мой телефонный разговор, потому как вокруг меня была сплошная тишина – хотя какой умный человек вечером выберется к пруду в ноябре месяце? – Не держи меня за дуру, Либерти! – подруга по – прежнему твердила о работе. – Я не дура, Эль! – четко выговаривая каждое слово, твердила я, пытаясь вдолбить своей девочке, что знаю и чувствую, когда она говорит мне неправду. – Уф! Это бред какой – то! Все! Позвоню завтра! И не смей выключать мобильный как в тот раз! – я завершила вызов и остановилась, ибо пруд был уже прямо перед моим носом, а волна злости накатила вновь.
Глубокий вдох, глубокий выдох, снова вдох и снова выдох. Эта чертова терапия не помогала, как ты ни крути, казалось, что она только злила меня еще сильней. Не знаю, зачем я это сделала, но издав непонятный мне нервный рев и вопль, я швырнула телефон в воду, далеко – далеко, будто бы это было единственным, что могло бы помочь мне расслабиться. Хотя на самом деле это помогло, да. Внутри я почувствовала как что – то упало. Наверно, это и была злость. Упала, провалилась и в конечном счете просто исчезла. Исчезла, как и мой телефон, угу.

+1

3

С самого первого дня, с того самого момента когда я, в толпе остальных первокурсников, переступил порог медицинского университета, в наши головы (особенно в голове представительниц очаровательного пола, но и мимо ушей сильной половины это не могло проскочить, за семь-то лет) вбивалась одна простая истина: всегда держать свои эмоции под строгим контролем, ведь врач - существо бесполое. Доброе, толерантное, снисходительное (во всяком случаи именно так вопиюще рисуют нам портреты врачей всякая там медицинская литература), но бесполое, и поэтому всякого рода эмоции мы должны оставлять где-то за порогом клиники, и уж тем более - далеко за порогом кареты скорой помощи. Мол, руки у нас всегда должны быть твердыми, а мозг - здравым, светлым и сообразительным в любой ситуации.
Фельдшером я работаю уже несколько лет. По началу бригаде пришлось терпеть перебор в своем составе, потому что я ездил третьим лишним, и был ни кем иным, как просто ассистентом ассисента врача, то бишь помощником самостоятельного фельдшера. А последние пару лет уже вел самостоятельную практику и являлся так называемой правой рукой врача скорой. За всю свою практику мы поведали всякое и честно отрабатывали на каждом вызове, будь то обдолбанный наркоша, требующий от нас дозы наркотика, или старушка-божий одуванчик, имитирующая сердечный приступ. Ни разу нашу бригаду называли самой честной и совестливой, работаем мы на износ и не редко свыше нормы. Наверное я слишком люблю свою работу, на столько, что многим этого даже не понять. На станции я готов был проводить целые сутки без отдыха, и порой даже предлагал фельдшерам из других бригад поменяться, если наша вдруг оказывалась без дела. Сидеть на станции, пить кофе, и втыкать в потолок - не самое интересное дело.
Словом, я давно вошел в рабочий ритм, а в организме похоже выработались свои биологические часы, и выбить меня из колеи представлялось мне делом крайней сложности. Будучи студентом я впитывал каждое профессорское слово, как губка, поэтому теперь отличался редким для столь молодого фельдшера профессионализмом. Но сегодня - сегодня видимо звезды на небе расположились по какой-то особенной траектории и планеты двигались не в правильном порядке.
Сегодня с работы я ушел достаточно рано. Вернее как ушел - меня буквально выпроводили оттуда за шкирку, сказав, что мне нужно отдохнуть, успокоиться, и привести мысли в порядок. Брэндон, док в бригаде с которым я работаю, чрезвычайно усиленно звал меня с собой в бар, но с помощью неких неведомых мне сил мне удалось этого похода избежать. В конце концов, у Брэндона с дорогим вискарем отношения куда лучше, чем у меня, поэтому вдвоем им будет лучше. Я же просто побрел по городу, куда глаза глядят, совершенно не желая возвращаться в душную квартиру.
- И не смей выключать мобильный как в тот раз! - женский разгневанный голос доносился прямо по курсу и я, перестав бороздить глазами землю, поднял глаза. В вечернем сумраке я запросто разглядел неподалеку впереди водную гладь пруда, и точеный женский силуэт около воды. Судя по всему, день не задался не только у меня - именно так я расценил этот непонятный вопль и многозначительное бульканье воды.
Не знаю, чем я руководствовался, когда медленно направился к незнакомке (возможно тем, что я практически врач, а врачи обязаны помогать людям в любой ситуации), но нахальное посчитав нужным не оставлять ее в одиночку, я таки в несколько шагов поравнялся с нею и вперил взгляд в бегущую по воде рябь.
- Думаете, рыбкам ваш телефон нужнее, чем вам? - откуда я знал, что бросила она в пруд именно телефон? Дедуктивный метод, ну.

+1

4

Никогда не понимала, как люди могут твердить о том, что подругам часто нужен отдых друг от друга в моменты, когда они ругаются, когда все время проводят вместе и в конечном счете не находят тем, чтобы поговорить. У нас с Либерти, конечно, такого никогда не было – или было, а я просто позабыла – но вот в последнее время мне почему – то все то и дело советовали, что нам нужно какое – то определенное время пожить отдельно. Об этом мне говорили люди из моего личного блога в интернете, о котором Иса, безусловно, не знала, иначе бы давно съела меня и покарала, ага. Вообще, в некотором смысле эти люди были правы: во – первых, они знали практически все подробности наших отношений с Эль, в которые входили ссоры, разговоры, просмотренные фильмы, съеденная еда и даже улицы, по которым мы гуляли в тот или иной день. Во – вторых, я общалась с людьми не из своего университета и более того не из Сан – Франциско. Конечно, второй пунктик был скорее чем – то вроде самозащиты от ушей и глаз, которые могли бы донести все Королеве и Берти. В – третьих, мои собеседники и просто слушатели тоже однажды сталкивались с подобными ситуациями со своими подругами. Однако, что бы мне ни пытались вдолбить по поводу Би, я знала, что у нас с ней все не так, как у обычных людей (ну да, мы же избранные!), да и народ в этом убеждался с каждым разом все сильней и сильней. У нас и впрямь все было не как у типичных подруг - сама до сих пор не могу понять, огорчало ли меня это или наоборот радовало. Вот, поэтому, переезд от Иски хоть и казался мне еще недавно хорошей идеей, но сейчас я думала совершенно иначе: вместо того, чтобы бежать от проблем, от ссор их нужно разрешить. Разрешить, несмотря на то, что обычно все попытки обсудить что – либо заканчивались истерикой с моей стороны и возложением кирпичной стены со стороны итальянки.
А сейчас получилось так, что советы людей из блога воплотились в реальность, вот только какого – то счастья я от этого не испытывала, ибо все стало намного сложней и запутанней. И, да, я же забыла упомянуть, что моя дорогая девочка была в Токио не одна! Она туда полетела с Энжелом!
Facepalm.
И я бы могла вновь начать возмущаться по поводу, что меня достали эти оба, что они вообще потеряли совесть, что не могут набраться храбрости и сказать мне открытым текстом мол, вали дорогая, не мешай нам жить вместе, найди себе уже мужика и не будь занудой, но не буду я этого делать – возмущаться то бишь – хотя уже это сделала.
- Что? – я не сразу сообразила, что вопрос был задан именно мне и что я здесь нахожусь не одна, а мужской голос, который послышался совсем – совсем близко выбил меня из моих же мыслей. – Ах, да, конечно, - немного нервно произнесла я и взглянула, нахмурив бровки, на того самого человека, который нарушил мой покой, так сказать. Это был достаточно привлекательный молодой юноша, с умными и глубокими голубыми глазами, в которых можно было запросто утонуть, красивыми губами и несильно выступающими скулами – пожалуй, это было первое, что мне удалось в нем разглядеть. Однако я не стала уж слишком заострять на незнакомце свое внимание – это как минимум неприлично, так разглядывать человека – и отошла от него к лавочке, что стояла под деревцем неподалеку как раз напротив пруда и присела, облокотив локти на коленки и придерживая руками свою голову, что, казалось, сейчас была готова взорваться.

Отредактировано Umbrella Rookwood (2012-05-25 17:11:12)

+1

5

Когда я только начинал свои поползновения вверх по медицинской лестнице, когда впервые столкнулся с пациентом в крайне тяжелом состоянии и когда впервые на моих глазах произошел летальный исход - тогда я смерть пациента сравнивал с выброшенной в мусорку ампулой трамадола, и первое стояло на ступеньку выше второго. Считал, что нет ничего более ужасного, чем констатация факта смерти и записи ее времени. Но ровно до той поры, пока сам лично не отправил одну ампулку промедола в мусорное ведро. Потом мне пришлось перерыть целых два огромных мусорных бака, которые стоят у нас на станции, и отыскать пропажу до приезда мусоровоза. С тех пор биолоическая смерть и эта маленькая, но ощутимая врачебная оплошность, стоят для меня на равне. Две самых ужасных вещи, которые могут случиться в жизни работника медицины, они обе убивают, только одна - морально, а другая - в буквальном смысле за секунды разрушает карьеру и жизнь.
Сегодня я убит. Морально. Мы не довезли ту женщину, еще совсем молодую - ей не было и сорока лет, совсем немного не довезли ее до клиники, она скончалась от острой кровопотери которую принесли ей ножевые ранения буквально в паре минут от своего спасения. О судьбе ее малолетнего ребенка, который остался сиротой, папаше ведь грозила тюрьма, страшно было и подумать. Я никогда не был эмоционально не уравновешенным, поэтому спокойно могу выносить сильные потрясения (под "спокойно" я имею ввиду без учинений каких-либо глупостей и необдуманных скоропалительных поступков), но сегодня как-то тряхнуло. Потому что сегодня была погублена не одна жизнь: две взрослых и одна детская, которая стоит еще несколько взрослых. У меня даже пробегала мысль о том, чтобы усыновить этого десятилетного мальчика, но здравый смысл подсказал, что сейчас это едва ли достойное и благое дело. Я сам еще не стоял на столько крепко на ногах, чтобы ручаться за чужую жизнь.
Я не смог им помочь - ни ему, ни его матери. Мне не становилось легче от мысли, что вся ответственность, по сути, лежит на враче - я тоже фельдшер. И наверное поэтому сейчас мне до невозможности хотелось, до невозможности требовалось помочь этой девушке, которая выглядела чрезвычайно расстроено. Чтобы как-то себя оправдать, чтобы сделать что-то правильно. Чувство того, что я появился здесь не случайно, что наткнулся на нее случайно, прочно засело в моей голове, и теперь уйти просто так я не мог. По крайней мере, пока не буду уверен, что в ее жизни не случилось ничего чересчур ужасного, и что ничего ей не угрожает в моральном плане. Ответственность, не знаю, почему она вдруг так меня переполнила.
Не смущаясь своей назойливости и потенциальной ненужности ни на грамм, я проследовал за нее до скаймеки, и присел рядом. Выудил из кармана куртки шоколадку, Alpen Gold, которой меня угостила сегодня одна пациентка, и раскрыл шуршащую упаковку.
- Она немного подтаяла, но я уверен, вкуса не потеряла - обернув нижнюю часть шоколадки в фальгу, чтобы девушка могла ее спокойной взять и не испачкать пальчики, и освободив от обертки верхнюю ее часть, чтобы было, где кусать, я протянул сладость незнакомке. - Угощайся, слышал, сладкое поднимает настроение. Тебя кто-то обидел? - ни на секунду я не смутился своей бесцеремонности. Но ведь ничего криминального я не делал, просто интересовался, а даже не претендовал залезть в душу и вывернуть ее всю наизнанку. Просто хотел, чтобы ей стало капельку веселее и легче.

Отредактировано Castiel Fisher (2012-05-25 22:55:38)

+1

6

Я не курила. Не скажу, что не курила вообще, ибо случалось, когда я напивалась в стельку, а было это лишь один – два раза, но сейчас я чувствовала, что именно сигаретки мне и не хватает. Не знаю, может это перебор с сериалами и фильмами, где все время как только случается какая – нибудь хрень герои сразу курят и спустя несколько минут их отпускает. В любом случае факт оставался фактом, я хотела отвлечься и видела это путем курения. Дым отвлекает: мне так всегда казалось и будет казаться, а никотин, когда проникает во всякие там сосудики и в тело, дает шанс расслабиться. Может, это и глупость, но никто же не запрещает мне так думать, даже если это мнение ошибочно. Всего лишь мои мысли, всего лишь потребность на сию минуту. Однако я прекрасно знала, что в сумочке у меня подобного нет, а вот просить у парня было как – то странно – даже сама не знаю, почему именно. Просто он создавал впечатление такого правильного юноши, такого аккуратного, что намекни ему хоть немного о сигаретах, он прочитает тебе нотацию, которая сейчас была бы некстати. Посему мне просто напросто пришлось перешагнуть через свои желания, но поставить крестик на руке, чтобы по дороге домой не забыла купить пачку Winston или Kent, а, может быть, что и потяжелее.
Я не знаю, что это было: депрессия или просто тоска. В любом случае мне было хреново без Исы, в любом случае мне ее не хватало.
- Она немного подтаяла, но я уверен, вкуса не потеряла, - знакомый голос, что раздался совсем близко, заставил меня открыть глаза, которые я «захлопнула», когда уронила голову на ладошки, и посмотреть на незнакомца. Я сперва не сразу поняла, в чем дело, но заметив шоколадку в руках парня, все встало на свои места. Это было так трогательно и мило, что я просто не могла не улыбнуться и, конечно, не укусить вкусняшку, глядя парню прямо в глаза, как тот мимишный пушистик из мультфильма «Мадагаскар». Кстати, как оказалось, это была моя любимая шоколадка! Наверняка, просто совпадение, на которое не следует обращать внимания, что я и сделала, проглотив сладость и вновь вернувшись к просмотру пейзажа, что открывался отсюда.
- И нет, и да, - с выходом ответила я, взглянув на свои ладошки. – Вероятно, я сама виновата и это мне в наказание, - «это», хах, как будто незнакомец понимал, о чем идет речь! – Я ведь не желаю ей ничего дурного, понимаешь? – я посмотрела на голубоглазого и пожала плечами. – А выходит, что только рушу все.
Почему я говорила с ним? Почему приняла шоколад? Мама с детства учила не разговаривать с незнакомыми людьми и более того, не есть то, что они предлагают! Я же делала все как раз таки наоборот! Почему я доверяла ему? Наверно, это было отчаяние. Мне нужно было просто выговориться, а он сейчас сидел рядом и сам, можно сказать, предоставлял мне надежду выговориться и получить ту или иную поддержку со стороны.
Ладно, будь, как будет. Не думаю, что мы когда – нибудь еще увидимся.

Отредактировано Umbrella Rookwood (2012-05-26 22:41:19)

+1

7

За время своей фельдшерской практики я сталкивался с разными пациентами, и запросы у них тоже были разные. Некоторые предпочитали, чтобы мы с Брэнданном молча и чисто технически выполняли свою работу, сводя все возможные разговоры лишь до стандартных общих вопросов для сбора анамнеза (некоторые и вовсе раздражались, если мы даже общались в пол-голоса между собой), другие любили говорить на отвлеченные темы вроде бедных вымерших саблезубых тигров или демографической ситуации в Китае, а третьем нужна была поддержка и так называемое терапевтическое общение. Кто-то из этих третьих нуждался в совете и в прямой заинтересованной беседе, а кому-то было достаточно лишь того, чтобы его просто-напросто выслушали. Со вторыми мне было уютнее.
Несмотря на все профессиональные издержки, я никогда не был умельцем так ловко складывать слова в предложения, чтобы они ровненько становились в ряд и звучно скатывались с губ. Не умел их подбирать и сопоставлять, чтобы стройными мелодичными переливами мои слова щекотали слух собеседника, проникали глубоко в его сознание, задевали струнки души, проходили через сердце, где оседали бы разливистым эхом и оставляли бы свой должный след. Обычно у меня получалось только ляпнуть что-то невпопад, чтобы потом виновата почесать затылок, словно бы тем самым извиняясь за свой язык, с которым мы не то, чтобы совсем не дружим - но на дружеский контакт и деловые отношения со мной этот засранец явно идти противится. Не умею я глаголом жечь сердца людей, признаю, но в природе так устроено, что один прискорбный пробел компенсируется каким-нибудь другим выдающимся в той или иной степени достатком.
В психологии коммуникации есть такое понятия, как активное слушание. Это такой психологический прием, применяемый как психологическим консультировании и психотерапии, так и в терапевтическом общении. Это такая штука, которая помогает более точно понимать состояние человека, его чувства и переживания, его эмоциональный фон посредством активного участия в беседе, и с другой стороны - помогает этому человеку почувствовать ваше участие и заинтересованность в том, о чем он толкует. Полезная и нехитрая штука, если знать несколько простых приемчиков такого общения. Так вот, если вы и найдете на всем белом свете идеального собеседника, который проникнется вашей проблемой и примет в ней активное участие без, в то же время, выражения каких-либо советов (советы ведь тоже штука такая - кто знает, чем обернется все то, чего ты можешь насоветовать) - так это я, авторитетно и без доли стеснения заявляю. Люди, по природе своей, делятся на тех, кто любит много говорить и изливать душу, выслушивать советы и делиться своими соображениями и взглядами, и на тех, кто любит слушать - любит, и умеет, просто выслушивать, впитывая в себя каждое слово и тем самым разделяя проблемы собеседника, давая ему почувствовать, что тот в своей печали не одинок. Я, обделенный умением стройно слагать слова в предложения, отношусь ко вторым.
И как все гармонично сложилось сейчас. Она - расстроенная или кем-то обиженная девушка, которой страсть как нужно выговориться с кем-то (даже если она сама того не осознает) и разделить с кем-то свою проблему, суть которой я еще не понимал. И я - которому нужно отвлечься от собственной головной боли.
- По правде говоря нет, не понимаю - искренне ответил на ее вопрос я, потупил взгляд и неловким жестом почесал затылок. - Но я действительно хочу понять! - выпалил вдогонку, глядя на нее добрым и немного извиняющимся за свою нерасторопность и тугодумность взглядом. - Поэтому, давай по порядку? - я абсолютно не въезжал, о чем она говорит. Кому она зла не желает, что за что она заслужила, чего она там рушит, и есть ли надежда это что-то спасти - я сам не заметил, как увлекся разорванными мыслями этой девушки.

Отредактировано Castiel Fisher (2012-05-27 16:18:30)

+1

8

Мне хотелось произвести на него впечатление. Сама не знаю, зачем и почему вообще в моей голове возникла эта мысль. У меня как ни странно подобное стало нередко случаться: непонятные идеи врывают в мозг и сидят там, пока не задолбают, пока я не сделаю так, как хотят того они. Быть может, это было мое желание, сидящее где-то глубоко в груди, нечто вроде «нетрезвого мышления». Без понятия, как можно назвать это явление, но оно меня зачастую пугало и тормозило во всех смыслах этого слова. Но, знаете, врать парню я не хотела: что-то выдумывать и фантазировать, пытаясь создать целостную картину, которая могла бы его действительно заинтересовать и заставить проникнуться. Нет, я не хотела обманывать его, пускай мой случай, моя история была слишком типичной и довольно таки женской. Мне всегда казалось, что мужчины на истории про подруг реагируют как-то одинаково: уходят от разговора, машут руками и говорят, что это все наши заморочки, что мы просто больше не знаем, чем заняться и вообще в таком случае надо кидать подруг, чтобы они не заставляли грузиться. Но ведь на самом деле в душе была полная неразбериха, настоящая хрень или какашка, называйте как хотите. Вот только сильный пол этого не понимает. А поймет ли этот, который сидел сейчас рядом? Совсем незнакомый, совсем чужой, совсем мне непонятный.
- Эль, моя подруга, уехала со своим молодым человеком в Токио по работе, - начала нашу историю я, облокотившись о спинку лавочки и смотря на пруд, где то и дело появлялись на водной поверхности небольшие разводы. – Обычно съемки длятся день, в крайнем случае, если модель испортит все кадры – два. Наверно, - я прикусила губу, пытаясь сообразить так ли это, - не знаю точно. А подруги нет уже неделю, и говорить правду она отказывается! Уверяет меня, что задерживается именно из-за работы, что с ней все в полном порядке, что все отлично, но я же знаю, я же чувствую, когда она мне лжет, - последние слова я произнесла с долей упрека и истерики, которая могла вот-вот вырваться наружу, потому как глаза уже были практически на мокром месте, а в горле застрял холодный и твердый ком. – Мы с ней слишком хорошо знаем друг друга. Видимо, в этом наша ошибка. Все было бы проще, будь мы с ней хоть на йоту не настолько лучшими подругами: она могла бы смело обманывать меня, а я бы слепо верила ее словам. Но все иначе.
Вообще, у нашей истории с Иской было другое начало, которое уходит на дофига-и-больше лет назад, но не было смысла сейчас говорить о прошлом – оно меня сейчас не так сильно волновало. Все дело было в сегодняшнем дне. В настоящем. Во времени, которое текло сейчас.
- Представляю, каково ей, когда она говорит мне, что все чудненько, - я как-то грустно ухмыльнулась и косо посмотрела на незнакомца, которого наверняка уже утомило мое повествование, - а я не могу спокойно реагировать на вранье. На вранье человека, который понимает, что я понимаю, что она врет, - такая длинная конструкция, такое длинное предложение, что я произнесла его с неким ускорением.
Да, у нас с Либерти в последнее время все было дико запутано. И я уже устала разбираться, чья в этом вина. Да и надо ли было искать этих виноватых?! В какой-то степени я оседала на итальянку своими допросами, что заканчивались очередной драмой, в какой-то степени Иса не могла найти нужного способа, чтобы утихомирить меня. Черт знает что, ей богу.
- Я скучаю по ней. Без нее и секунда ужасна, что уж говорить о днях или неделях.

+1

9

На самом деле, я человек довольно-таки закрытый. Никогда не был умельцем запросто с кем-то знакомиться, никогда не решался вмешиваться в чужие жизни вот так запросто, как сделал это сейчас, никогда не умел, как мне кажется, даже по нормальному беседу поддержать и показаться интересным собеседником. Считал себя весьма посредственным и скучным, и даже работа, которую я безумно любил, становилась какой-то бесцветной в моих глазах, если мне нужно было с кем-то чем-то о ней поделиться - людям все равно не понять, как можно любить вкалывать и днем и ночью, стараясь угодить капризам всех пациентов, и получать за это не столь большие деньги. Я отчетливо видел и понимал существующие вокруг нас реалии: люди становятся все более сухими день ото дня, многих не интересуют собственная жизнь и собственные проблемы, что уж говорить о чужих, все они постоянно куда-то спешат и ни до чего постороннего им нет дела, мир грубеет с каждым днем и мы должны грубеть вместе с ним, чтобы не оказаться втоптанным в землю. Не скажу, что я чем-то от них всех отличался. Я не спешил разглядывать в случайных прохожих их проблемы, дабы поспешить на помочь, старался не обращать внимания на их часто измученные лица и не грузить себя мыслями о том, как жесток мир и как мы все в нем черствы, я просто жил своей жизнью. Как уже говорилось выше - я считаю себя довольно закрытым человеком, поэтому вот так просто подойти к кому-либо и влезть в его душу, для меня это просто высший пилотаж.
И я не знаю, какую блоху или какого таракана в моей голове из всего моего тараканье-блошинного цирка винить в том, что я изменил своим принципам и подошел к ней - ни к кому нибудь, а к молодой девушке! - и смею даже догадываться, что здесь можно винить просачивающийся эгоизм. Я был подавлен произошедшей смертью, и стремился отвлечься от своих мрачных мыслей, но даже если мною и правило нечто нехорошее и корыстное, то теперь карты легли совсем по-другому, и я не знал, какой таракан за эту диверсию был ответственен. Может быть, благодаря опять же услужливым таракашкам, это всего лишь моя фантазия разыгралась, медленно перерастая в паранойю, но с каждым новым ее словом мне казалось, что она все сильнее мне нравится, что я все сильнее проникаюсь к ней некими теплыми чувствами. Она казалось маленьким брошенным ребенком, который не понимает, что ему делать дальше, и мне непременно хотелось ей помочь, успокоить, защитить. Странное чувство, наверное даже на уровне базовых инстинктов, то факт остается фактом - я вникал в каждое ее слово в последствии еще несколько раз прокручивая его в голове, пытаясь понять верно ли я уловил смысл и не пропустил ли чего, и попутно уже соображая, что же ей ответить, чего присоветовать. И да, стоит ли говорить, что я был абсолютно сражен ее открытостью? Она вела себя так естественно, словно каждый день вот так вот выкладывала незнакомцам какие-либо свои переживания, словно бы для нее это было эдаким хобби.
Может быть, этим она меня и подкупила. И может быть, она ожидала, что я просто напросто отмахнусь на все ее слова, брошу какую-нибудь дежурную фразу, да и все на том, но что-то странное произошло в этот вечер, и оно теперь явно не скоро отпустит. Судьба? К сожалению, у меня не было времени над этим размышлять.
- Представь себя на ее месте. - Я не знал, куда мне смотреть. Поэтому пришлось разглядывать свои пальцы, предварительно немного растопыренные в разные стороны. - Ты в другой стране, далеко, и у тебя что-то случилось. Ты бы стала оглашать подруге что-то, хоть в малейшей степени плохое, не будучи рядом? - говорят, плохие новости нельзя оглашать по телефону. Нельзя оглашать их, будучи далеко от человека. И ведь верно, так дела не делаются. Нужно хоть какая-то небольшая мягкая подстилка, моральная подготовка. - Ты бы изводила себя еще больше, если бы знала, что у нее что-то случилось, а ты далеко, и помочь не можешь, не можешь даже побыть рядом. Она просто беспокоится о тебе, вот и все. - Едва ли моя речь могла показаться хоть на йоту успокаивающей. Но и врать, только чтобы вселить в нее какую-то ложную надежду, я смысла не видел. - Я уверен, она вернется, и все тебе расскажет, нужно только подождать. Знаешь такое утверждение, что человеку не дается в жизни испытаний больше, чем он может преодолеть? - я бросил на нее короткий взгляд и увидел, как она осторожно кивнула. - Значит вы может это преодолеть, значит для чего-то это нужно. Ничего не бывает просто так.

+1

10

Доверие - достаточно хрупкое и интимное чувство, которое очень сложно заполучить, если ты человека не знаешь в принципе. Да даже суть не в том, знаешь ли ты человека или нет, просто открыться каждому ты не сможешь: должно пройти какое-то время, чтобы ты понял, что именно ему/ей можно открыться, что именно он/она тебя поймет и даст дельный совет, не будет упрекать и винить в чем-либо. И пусть оно все так и есть на самом деле согласно моему мнению, но я не понимала, что сейчас вообще делаю, порой поглядывая на парня, кивая ему и угукая. Он был прав! Прав абсолютно во всем! Но неужели я могла так просто открыть рот и наблюдать, как мне вешают правду на уши (не знаю, причем здесь рот в таком случае) словно какую-то лапшу? Почему я позволяла это себе? В любой другой ситуации я бы послала человека куда подальше, ведь только что была заведена, взъерошена и ошеломлена – называйте как хотите - ложью подруги, однако не в сию минуту, нет! Или дело не в ситуации, а в человеке? Видимо, да, все дело было в незнакомце.
Сознание билось о стенки головы и кричало, чтобы я закрыла свой ротик, бежала домой и предалась жалости к самой себе - боже, зачем оно так со мной?! - сердце же утверждало, что парень хорош и умен, а мне следовало бы сейчас выпятить грудь вперед, закинуть ногу на ногу и поправить локон волос, что падал то и дело на глаза. Елки-палки, к чему такие сложности? Я просто желала быть с ним откровенной полностью! Я просто нуждалась в нем - в человеке, который может выслушать и понять…
...а потом уйти и забыть меня.
Но вернемся к нашему барану.
Знаете, вся прелесть советов заключается в том, что даже если они и верные, справедливые, человек их осознает, принимает, но спустя какое-то время все равно продолжает накручивать себя и поступать совершенно иначе – так сейчас и я. Понимая, что юноша говорит мне правильные вещи, я ощутила некое спокойствие на душе, но внутри знала наверняка, что его слова будут действовать на меня до тех самых пор, пока я не вернусь домой, где все так напоминает о Либерти, а особенно лабрадор.
- Все это, конечно, так, но, - я снова посмотрела на незнакомца и пожала плечами, - не знаю, - тяжелый вдох, и я отвела взгляд на пруд. – Просто… Какая разница: может она говорить или нет?! Я ее лучшая подруга, и она обязана мне все рассказывать, - я взмахнула руками и со шлепком о свои коленки опустила их. – Думаешь, я эгоистка? Нет, на самом деле, ты так думаешь? – оба вопроса я задала с неким нервозом в голосе. – У нас с ней в последнее время не лучшие отношения, - как бы между прочим произнесла я, а затем покачала головой, - но это долгая история, да и она не важна, наверно, - сомнение в голосе нельзя было не заметить, потому что я и впрямь вообще уже не представляла, что важно, а что нет в нашей с Либерти ситуации.

0


Вы здесь » Golden Gate » Архив игровых тем » there's something in the water