Golden Gate

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Golden Gate » Архив игровых тем » Last Christmas, I gave you my HOMEWORK and this Christmas TOO


Last Christmas, I gave you my HOMEWORK and this Christmas TOO

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

1. Название воспоминания/события
См. выше
2. Действующие лица
Christian Whaler & Stefano Barbieri
3. Дата/примерная дата и время
за пару дней до Рождества 2011
4. Краткое описание.
История весьма обычная, вот только действующие лица весьма незаурядные. Стефано, как обычно, перед окончанием очередного семестра носится с высунутым языком, заглаживая свои "хвосты". И вроде все уже "well done" и можно спокойно разворачивать рождественские подарки и курить, валяясь пьяным под елкой, но на пути СТЕНА в лице мистера Уэйлера. В прошлом году Барби обещал, быть "хорошим мальчиком". Нет, не Санте, а этому самому мистеру преподавателю. Прокатит ли в этот раз? Будет ли допущен горе-студент до экзамена? И чего это будет стоить? Вы узнаете в ниже изложенной писанине.

Отредактировано Stefano Barbieri (2012-08-25 21:02:22)

+1

2

внешний вид

http://s47.radikal.ru/i118/1208/c2/29f9336e7495.jpg

Не надо лирики. За учебный семестр у меня не случалось никаких неотложных дел или же семейных траблов. Благо, все кому нужно было, уже умерли. Ничего не отвлекало меня от погружения в учебу. Ну, кроме меня самого. Я не обещал себе перед началом нового учебного года, что сяду за книги, возьмусь за голову, стану лучше и тому подобной чухни. Я заранее знал, что ничего не изменится. В середине ноября, как и обычно, меня накрыла депрессия. Все, что я мог делать, так это валяться на пушистом ворсе ковра в одной из гостиной, рубиться с Чарли в плейстейшен, пить горький джин и отрубаться под какое-нибудь черно-белое старье. Я практически не выезжал из дома и порядком надоел даже прислуге. Пик моего душевного разложения пришелся на отъезд дяди Тициано и Чарли на какие-то далекие острова. Тогда я целыми днями валялся в кровати, изредка дрочил и сбрасывал телефонные звонки. Через две с половиной  недели, когда я вернулся в университет, мне показалось, что все вокруг состарились и изменились. Так, будто бы я попал в пространственно-временной континуум. Честно говоря, уже к концу дня мне стало легче. А уже утром я проснулся в своей кровати на кампусе практически счастливым.
Я знал, что пропустил раздачу семестровых. Всех консультаций к ним и прочих вещей, которые изначально кажутся бесполезными, но ко времени подачи работ, ты коришь себя, что пренебрег ими.
Каким-то неизвестным волшебством мне удалось получить допуски по всем предметам. Все две недели одним глазом я катал семестровые, другим что-то монтировал, а остальными двумя (ну, те, которые на затылке) выслеживал преподавателей и гонялся за ними с душещипательными историями.  На мистере Уэйлере подобного рода истории подзакончились, да и навряд ли бы, вообще прокатили. Радуясь, что мисс Дейч или Айрен Леди у меня ничего не ведет, я стал обдумывать план по «обольщению» мистера Уэйлера. В прошлом году я всеми правдами и неправдами все-таки выбил себе допуск, но поклялся чуть ли не на гробу Ингмара Бергмана, что в этом году подобного не допущу. Так что теперь, мне неудобно перед ними двоими. Что же делать? Что же делать?!
Тук-тук. Это я так стучусь в дверь. На мне красные штаны и фиолетовый джемпер. Практически это мой пижамный вид. В данной ситуации я не могу позволить себе такую роскошь, как безупречный внешний вид. Он то точно не вызовет доверия. Посмотрит препод на меня в наглаженной рубашечке и отутюженных штанишках и решит, что у меня есть время на внешний вид и что типо «у меня все схвачено». Типо я спокоен, как удав. Наааа!!! Получай не допуск, расслабленная тварь. Нет, это могло быть очень рискованно.
А мистер Уэйлер сидел такой себе в пустой аудитории. Весь выглаженный и вальяжный. У него то точно все схвачено. На столе перед ним аккуратной стопочкой лежали чьи-то семестровые. У меня не было сомнений, что он уже их все перечитал и просмотрел видео-материалы, приложенные к ним. Я же был обладателем парочку вымученных страниц, на которых, конечно, прослеживались нотки гениальности, но это была лишь маленькая толика того, на что я был способен. Я не был уверен, что мистер Уэйлер знал об этом, так что возможно «прокатит». Главное, было всучить ему флешку с мастерски отснятыми фрагментами, которые могут меня спасти. Даже на скорую руку, слегка хромая техникой монтажа, они были весьма неплохи и даже мне нравились.
- Мистер Уйэлер? Можно вас отвлечь на пару минут? – спросил я тихим голосом земляного червя. И когда тот кивнул, я кабанчиком проскочил в аудиторию, закрыв за собой дверь. Это очень важно. Никто и ничего не должны нам помешать.
- Меня зовут Стефано Барбьери, - напомнил на всякий случай я. – Я… с четвертого курса. Ваш студент. В этом деле нужно действовать четко. Хотя, я был уверен, что порядком примелькался мистеру Уэйлеру, вот только не на его парах.
- Я принес вам свою семестровую. Вот, хотел отдать лично в руки.
Я пытался ни в коем случае не выдавать волнение. Вел себя предельно воспитанно и сдержанно, будто бы на приеме у английской королевы. Да, сроки подачи работ закончились уже как неделю назад. И даже дата дэдлайна уже минула, но у меня не было выхода. Я рассчитывал на мужскую солидарность и на долбанное чудо. К тому же, мистер Уэйлер был очень симпатичным молодым мужчиной, хотя и явно закоренелым гетеросексуалом. На пару секунд я вдруг представил его голым, но это едва ли помогло мне расслабиться.
- Посмотрите?

Отредактировано Stefano Barbieri (2012-08-25 22:03:34)

+1

3

*внешний вид
Я откровенно заколебался. Знаете, как бывает иногда, в конце рабочей недели, например, или перед сдачей отчёта, открывается второе дыхание, на котором можно продержаться последние дни-часы, а вот у меня напротив – закрывается десятое. Минуты растягиваются в бесконечность, и горизонт на пару с голубым небом пропадает за кипами семестровых, которые непременно нужно проверить. В такие дни я задаюсь вопросом о несправедливости и не понимаю, кто вообще придумал, что от меня должно что-то зависеть. Не самый важный предмет, не самый требовательный преподаватель, зато одни из самых проблемных студентов, причём далеко не глупцов.
- Уэйлер, где списки допущенных?
- Ребята ещё доносят мне свои работы. Как только – так сразу.
- Ты в курсе, что сроки вышли ещё позавчера?
- И что мне теперь, отчислять весь поток?
Возможно, я сам виноват в их расхлябанности и безответственности в глазах ректора, но на деле процент должников в моей группе стремится к нулю. Все остальные предпочитают поддерживать тёплые отношения с тем, от кого зависит их будущее. Вряд ли они будут рады моему внезапному перевоплощению в тирана. Никогда не понимал людей, получающих эстетическое удовольствие от выдачи не допуска. В моём случае, все проблемы лишь от того, что режиссёры и актёры люди крайне эмоциональные, не постоянные и взбалмошные, подверженные общественному мнению и давлению со стороны. Следовательно, им сосредоточиться на чём-то одном гораздо сложнее, чем, например, технарям.
На сей раз, ошибку допустил я сам. Бог с ними с должниками, меня гораздо больше волновала стопка папок на столе, ни одну из которых я ещё не открывал. Принятое решение нужно уже завтра доложить директору, а значит, бессонная ночь мне гарантирована. Осталось вызывать машину для перевозок особо тяжёлых грузов, чтобы доставить это всё домой.
До следующей, последней на сегодня, пары, оставалось двадцать минут, в течение которых я успел сбегать в кафе за Ред Буллом. Вернувшись обратно, уже было собирался взять из стопки верхнюю работу, как в дверь постучались. На пороге стоял молодой человек, видеть которого на парах мне доводилось лишь несколько раз за весь семестр. Да, пожалуй, вот такие кадры, напрягают больше всего. И ведь, чем больше поблажек им делаешь, тем крепче они цепляются за твои волосы, болтая ножками, свешенными с твоих же плеч.
- О, Стефано, какая честь, - я демонстрационно посмотрел на наручные часы. – В этом году опоздал всего на неделю. Судя по логике, диплом будешь сдавать почти вовремя?
Не могу сказать, что с памятью вовсе не бывает проблем, но это не касается людей. Лица, которые я видел всего раз в жизни, могу запомнить надолго, с единственным недочётом: когда в следующий раз его замечаю, чаще всего не могу вспомнить, в каких закромах память держит сию информацию и в каких условиях я видел данного человека. Но Барбьери изрядно мне примелькался. Не в учебном плане, вовсе нет, я мог вспомнить каждую нашу с ним встречу, даже если это было обычное столкновение в узком дверном проходе в туалет. Запоминающаяся внешность, необычный стиль, вечно идеальная причёска. А если он появлялся на парах, я с трудом сдерживал в себе порыв зааплодировать стоя. Однако, всем известно, что я не из тех людей, кто будет высмеивать или подначивать студента, а тем более судить его о том, что мне неизвестно. Прогулы, конечно, на его совести, но практика показывала, что я довольно быстро поддаюсь давлению его харизмы и обаяния.
- Надо же, прям-таки лично? – удивлённо произнёс я, принимая из его рук папку с файлами. – Ну что ж, раз ты тут, может быть, сразу и оценим?
Я не проверял его на прочность, просто мне было любопытно, мог ли он сотворить нечто стоящее со своей семестровой, имея столь скудный табель успеваемости и посещаемости. К тому же, личное общение, некий контакт, сейчас смог бы мне максимально точно показать, достоин ли этот молодой человек очередного шанса. Я собирался позволить ему взять судьбу в свои же руки, и это, надо сказать, самый щедрый дар из всех, что я мог ему преподнести, как учитель студенту.
- Давай-ка ты сам мне всё покажешь. Аудитория в твоём распоряжении, как и оставшиеся пятнадцать минут до начала следующей лекции. Покажи мне, на что ты способен, - закончил я, глядя на него исподлобья, изучающе.

+1

4

Под Рождество самый высокий уровень самоубийств, но я не за этим сюда пришел. Мне бы допуск не помешал. А то, что мистер Уэйлер решил просмотреть мою семестровую прямо здесь и сейчас, навряд ли играло мне на руку. К тому же, я уже писал выше, что особенно переживал за ее теоретическую часть, а проще говоря, писанину. Так прочел бы себе господин препод под нос: что-то понял, а что-то нет. Ну и ладно, подумал бы, закрыл и поставил допуск. Но тут, нарвавшись на какую-нибудь необъяснимо-неуловимую хрень, у него есть прекрасная возможность спросить, а что это собственно значит, напрямую у автора работы, то есть у меня.
Приняв невозмутимый вид, я цапанул стул и уселся рядом с мистером Уэйлером. Открыл свою семестровую со второй страницы и принялся зачитывать «избранное». Честно говоря, сама тема меня давненько интересовала, но я так и не нашел в себе силы и время, чтобы достойно раскрыть ее в своей работе.
- За основу, - начал я, наконец-то перестав читать, - я взял работу Питера Гринуэйя «Падения». Меня заинтересовало то, как он использует жанр Псевдодокументалистики.  Девяносто два сюжета о людях, чьи фамилии начинаются с «Фолл», и которые подверглись ЗОВу – Загадочному Ожесточенному Воздействию, вследствие чего претерпели мутации: кто-то утратил связь с реальностью, кто-то овладел неведомыми языками, а некоторые и вовсе превратились в  птиц. Причем, если смотреть фильм без звука или свести его на минимум , до не разборчивого бурчания, то получается вполне типичное «журналистское расследование». Я перевернул страницу, где приводил более подобные доводы. Кажется, я входил в приятное оцепенение, погружаясь  в свою работу. 
– Фильм-каталог, - продолжил я, оторвав свой взгляд от напечатанной писанины. – Здесь есть  якобы архивные фотографии, размытые видео свидетельства того времени, безумные показания очевидцев и газетные статьи. Это как энциклопедия. К тому же, история каждого потерпевшего весьма абсурдна, но есть вещи, которые объединяют этих людей. Например: желание к полетам без специальных приспособлений, заинтересованность в орнитологии. Но самое важное, что они все – бессмертны.
На этом я заканчиваю повествование и смотрю на мистера Уэйлера. С сумел ли я поразить его выбранной темой? Даже если нет, я был готов двигаться дальше и уже непосредственно перейти к своим «кино-материалам». Дождавшись его одобрения, я вставил флешку в аудиторный ноутбук, подключенный к проектору. Немного покопался в своих папках.
- Я снял короткометражку. Фильм-каталог на семь с лишним минут.  В нашем университете учится девять  человек, чьи фамилии начинаются с «Фолл». Я попытался найти, то, что их объединяет.  Жанр- псевдодокументалистика. Ничем не связанная череда событий, имевших место в их жизни, в конце концов, приводит к видео-свидетельству, транслируемому три года назад по CNN о неопознанной вспышке в небе над Сан-Франциско.
Включаю свою работу ближе к концу, так как уже слышу топот в коридорах. Думаю, что можно было вообще уже ничего не  показывать. Слишком мало времени. Но в любом случае, это видео отправится в пыльные архивы, а я праздновать свое Рождество. Четыре дня назад, я осознал, что ровно, как десять лет назад не стало моих родителей. Не могу сказать, что я что-то чувствовал по этому поводу, но в то утро, меня охватила какая-то неземная тоска. Я даже подумал, что уже ничего не возьму от жизни и лучше бы присоединиться к «клубу 27». Но вечером мы с дядей Тициано выпили, прожигающего дырку в желудке бренди прямо у него в кабинете. Подобное никогда не происходило. Мы не разговаривали с ним по душам, но я вдруг почувствовал, что дорог ему. Он редко давал мне это понять. Неизвестно каким он был наедине с Чарли. Наверное, я больше скучал по деду Чезаре, нежели по погибшим когда-то там, в Палермо родителям. Я почти не помню, какими они людьми были. Только отчего-то отчетливо помню палермский пляж и  худого мальчишку в зеленых плавках. Навряд ли, я там часто бывал.

Отредактировано Stefano Barbieri (2012-08-29 18:15:50)

+1

5

Приняв решение выслушать парня прямо здесь и сейчас, я сильно пожалел буквально сразу. Не то, чтобы его работа оказалась скучной до неприличия или что сам Стефано не вызывал более во мне интереса. Во-первых, как я уже упоминал выше, слово "заколебался" - одно из самых невинных описаний того, что я на самом деле испытывал. Например, буквально два часа назад, в начале предыдущей лекции, когда один из студентов ворвался на пару посреди моей чётко поставленной плавной речи, захотелось схватить пятилитровый пропановый баллон, бросить его в разведённый на скорую руку костёр, запереть все окна и двери, и сказать студентам, что это такая "игра", и победит тот, кто дольше всех протянет. Грандиозный взрыв, по расчётам, я уже должен был наблюдать с зелёной лужайки внутреннего двора, куда заранее будет установлен шезлонг и маленький столик со стаканом Мохито и поп-корном. Надеюсь, моя мысль предельно ясна - единственным самым сильным и столь же невыполнимым желанием была полная изоляция от учеников. Даже от тех, отношения с которыми давно перешли границы университета, потому что моя паранойя уже слишком глубоко в мозгу - любого подростка я воспринимаю, как угрозу собственному разуму. Во-вторых, я впервые за свою практику понял, что не понимаю, в чём суть работы студента. Нет, за всю мою преподавательскую деятельность, чего только не перевидал. Однажды, парниша принёс курсовую, основанную на фильме "Лики смерти". Не стал бы объяснять, что это, даже самому смелому и пытливому слушателю, скажу лишь, что после его выступления, двадцать минут блевал в университетском туалете. Парень не постеснялся показать все прелесть своего извращённого разума, пытаясь доказать мне, что его работа имеет смысл.
Пока Барбери рассказывал о своей короткометражке, я успел выпить банку Рэд Булла, с десяток раз поменять позу на стуле и три раза беззвучно зевнуть. Боже, в этом году со мной явно что-то не так. В конце концов, побоявшись в глазах молодого человека показаться полной скотиной, я устроился максимально удобно и даже с долей интереса посмотрел его фильм.
- Слушай, Стефано, я вижу, ты отлично поработал, - сказал я под конец просмотра.
В аудиторию то и дело заглядывали любопытствующие мордашки, видеть которые я был так же рад, как бейсбольный набор, подаренный отцом на день рождения в тот год, когда я мечтал о подписке на комиксы Marvel.
- Глядя на твои способности, могу предложить идеальный вариант - заочное обучение, - улыбнулся я, глядя на немного растерянного парня. - Подумай, нет необходимости заботиться о посещаемости. Ходишь на необходимые курсы и сдаёшь экзамены каждые два месяца. Разве не прелесть?
Не то, чтобы я шутил. Мне не удалось достаточно близко познакомиться с Барбьери, чтобы понять, чисто по-человечески, какого чёрта он пропускает все лекции и из кожи вон лезет, чтобы получить допуски, но по какой-то неведомой причине, мне хотелось ему подсобить. Предложенный мной вариант не был сказан с сарказмом, хотя скорее всего, он именно так воспринял предложение.
- Тебе не хватает чего-то.. - слегка прищурившись, глядя на него, продолжил я. - Чего-то очень важного. Ты способный студент, но твоя голова до сих пор не поняла, зачем нужно высшее образование и ты никак не можешь найти для себя существенную мотивацию, чтобы учиться более усердно.
На окончание своей мини-лекции я оставил самое сладкое. Мне не хотелось ему показывать свои козыри, но выбора не было, поэтому я набрал побольше воздуха в лёгкие, и начал снова:
- Не знаю, приходило ли тебе в голову, что преподавателю будет не достаточно получить от студента итоговую работу. Начнём с того, что я не прошу тебя достать конспект с записями, датированными каждым днём, когда проходили мои лекции, потому что я знаю, что их у тебя нет. Но это не главное. А вот что главное, я не могу тебе сказать, потому что это будет свинством по отношению к тем, кто посещал мои занятия и готовил свои семестровые по всем правилам, которых у меня, к слову, не так уж и много.
Выражение лица Стефано сперва перекосил ужас, потом недоумение, а затем разочарование. Он проделал большую работу, чтобы добиться уважения и допуска, а я с лёгкостью мог все его надежды разрушить. Но..
- Послушай, давай договоримся. Ты пообщаешься со своими одногруппниками, попытаешься выудить из них информацию, и если кто-то решится её тебе сдать, придёшь ко мне завтра. Есть лишь одно правило - ты называешь мне имя того, кто тебя сдал, и я снижаю его оценку на экзамене на балл. Он ничего не сможет с этим поделать, зато ты сможешь получить допуск и сдать экзамены на достойные тебя оценки.
Мне стало интересно, сможет ли он пойти на такую подлость. Внимательно всматриваясь в его лицо, я пытался разгадать эмоции, которые он сейчас испытывает, но видел лишь недоумение и недоверие к сказанным мной словам. Итак, Стефано, что ты выберешь - вызубривать все мои лекции и получать допуск уже тогда, когда все остальные разъедутся на каникулы, или сдать одногруппника?

0


Вы здесь » Golden Gate » Архив игровых тем » Last Christmas, I gave you my HOMEWORK and this Christmas TOO