Golden Gate

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Golden Gate » Все подряд » Комната #5 - Caesar Avery


Комната #5 - Caesar Avery

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

одета

http://www.theplace2.ru/archive/blake_lively/img/blake_lively_met_lei.jpg

Как замечательно, что Цезарь был здесь. Ты за сегодняшний день так устала, что совершенно не было желания сейчас куда-то ехать. А если сложится так, что его соседка (да-да, тут речь идет именно о женском роде) не придет сегодня в комнату, то ты бы и вообще осталась тут ночевать. Удобно же - встал за сорок минут до начала занятий, сходил в душ, собрался и вуаля - ты готов учиться.
Номер комнаты за это время ты отлично выучила, дорогу тоже, поэтому не особо утруждала себя просмотром номеров по мере продвижения по коридору. Перед последний поворотом, за которым находилась комната Цеза, ты остановилась. Надо было посмотреть, что там вообще происходит на твоем лице и с твоей прической. Твой молодой человек видел тебя во всяких состояниях: критически пьяной, чуть ли не умирающий от перебора с кое-чем, всю израненную и бледную после терракта, плачущую. Казалось бы, можно и не прихорашиваться. Но этой, пожалуй, самое глубокое заблуждение многих женщин. Если у тебя есть молодой человек, это не значит, что можно ходить вечно с пучком на голове, в кроссовках, джинсах, перекошенной майке и вообще забыть слово макияж. Наоборот, нужно "поддергивать" своих мужчин шикарным внешним видом, чтобы не расслаблялись.
О чем мы сейчас? Ах да, ты присела на корточки, чтобы удобнее было достать все необходимое из сумки. Голова тебя вполне устраивала, волосы были просто убраны назад в некий "милый беспорядок", как ты его называла. Нужно было подправить немного глаза и губы. На это у тебя ушло всего парочка минут, после чего ты убрала все обратно в сумку и поднялась с места. Еще два шага вперед, поворот, еще каких-то там пять-шесть шагов. Ты у его комнаты. Одной рукой ты держишь сумку, другой делаешь три аккуратных стука в дверь. А та открыта, как оказалось. Потянув за ручку, ты толкнула дверь, заходя в комнату. В комнате стоял он
- Привет - просияла ты, закрывая за собой дверь. Сумка опустилась на пол где-то в метре о двери, а ты подошла к молодому человеку. Приблизившись к нему вплотную, ты поцеловала его в губы, затягивая этот сладостный момент поцелуя - и что мы потянули себе? - спросила ты, вопросительно приподнимая одну бровь, только оторвавшись от его губ. В сумке запиликал телефон. Ты недовольно замычала, явно не желая никому ничего отвечать, но это могло быть по учебе и проекту, который вы в группе собираетесь делать, поэтому нужно было решить кое-какие вопросы
- Секунду - сказала ты, нехотя "отцепляясь" от Цезаря. Ты подошла к сумке, достала оттуда телефон (при этом перевернув все, что было в ней было). Смс-ка. Но не по учебе - Папарацци. Ты качнула головой и усмехнулась. Ты тут же собиралась закрыть телефон, не желая ничего читать, но сообщение будто специально открылось, бросая взору знакомое имя и фотографию. Если бы можно было чем-то подавиться, ты бы подавилась
- Ты купил ТЕАТР?!?!? - глаза были широко раскрыты, а ты перевела взгляд с телефона на своего молодого человека. Часть про "на какие шиши" еще не успела дойти до коры головного могла, пока хватило информации о том, что Цезарь Эйвери купил огромный театр. Ты знала, о каком театре идет речь. Два больших глаза вопросительно смотрели на парня

+1

2

Внешний вид

http://savepic.su/1870101.jpg

Если бы у Цезаря были моральные и физические силы как-то иначе выразить свое недовольство сложившимися обстоятельствами, чем просто в бессильи грохнуться на кровать, несколько раз запустить в противоположную стену баскетбольный мяч (который варварски разгромил содержимое полочки Бобби), то он наверняка бы это сделал. Обстоятельства часто подставляют подножки, но сегодня это было просто верхом несправедливости. НЕсмотря на вечно невыспавшееся состояние, адовую усталость и кучу неотложных незаконченных дел, Эйвери очень хотел попасть на матч, потому что шансов у команды было не так уж и много в данном случае, а его присутствие хоть на йоту могло этот шанс увеличить. Но дневная тренировка поставила жирный крест на его участии в спортивном состязании, и именно поэтому Цезарь, сцепив зубы, был у себя в комнате, а не там, где его присутствие было нужнее.
  И казалось бы, вот тебе сама судьба подкнула отличный шанс выспаться. Высвободились два часа в графике, о которых он и не мечтал - но нет. Спать, как всегда, решительно не хотелось. Точнее, не так. Хотелось. Больше всего на свете хотелось. Но, закрывая глаза и пытаясь полностью расслабиться, как это делают кошки, Цезарь получал мощный хук от сознания и весь кайф безвозвратно портило гадкое "авотхуй тебе!". Спать не получалось. Кажется, скоро кое-кто прочно присядет на снотворные - не иначе!
  Смс-ка от Алексис несколько скрасила положение - что ж, по крайней мере, эти два часа он проведет не в бесцельном сминании боков и покрывала кровати, а, возможно, даже с некоторой пользой. А если и не с пользой - то уж точно с удовольствием. И вопреки бытующему мнению, что девушек, как и обещанного, иной раз приходится ждать по три года (фигурально выражаясь, разумеется), Палмер появилась достаточно скоро - ровно в тот момент, когда ЦезарЬ, в очередной раз осчастливив стену яростным метанием в нее мяча, кажется, немного успокоился.
   На правах его девушки, Алексис поприветствовала Цезаря смелым поцелуем и, конечно же, поинтересовалась о том, о чем Эйвери тщетно пытался забыть весь прошлый час.
- Ногу, вот тут, - ответил Цезарь и, чтобы продемонстрировать упомянутое "тут", наклонился и впился пальцами в икры левой ноги. При этом голова его, оказавшаяся на уровне талии девушки, быстро смекнула, как воспользоваться положением - свободной рукой Цезарь приподнял кофточку Алекс и коротко, но с огромным чувством чмокнул её в животик - пока она не ускльзнула с коротким пояснением "секундочку" прочь от него.
   И все бы ничего, но вопрос, буквально вывалившийся из Алексис вместе с нескрываемым удивлением, оказался просто таки обухом по голове. Цезарь, все еще не разогнувшийся с прошлого положения, В котором ощупывал свою ногу, поднял растерянный взгляд на девушку, и невразумительно промывал:
- О черт... - разочарованно, раздраженно, недовольно, сердито.
  Ну как так? Почему, когда ты хочешь сделать сюрприз, притом, не просто сюрприз, а ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ сюрприз, аккуратно плетешь свои сети, методично предупреждая каждого встречного поперечного о том, что это мероприятие ТАЙНОЕ и до Алексис никоим образом не должны дойти слухи о нем, почему все равно все получается наперекосяк и какая-то мразь всенепременно портит всю малину? (о да, наивный чукотский мальчик еще не догадывался, НАСКОЛЬКО ему пытаются подпортить эту самую малину...)
- Да, я купил театр, - совершенно раздавленно согласился Эйвери, перебазируясь на свою кровать. Нет, не так он должен был сообщить об этом. С радостью, с восхищением, с придыханием. - И это будто бы как здорово, да? - неуверенно промямлил молодой человек, пялясь куда-то в сторону. - Я хотел сделать тебе сюрприз, - вздохнул молодой человек, слабо улыбаясь и понимая, что, как бы там ни было, даже если его планы улетели в тар-тарары, это еще не повод, чтобы задавать негативный оттенок этому вечеру. К нему пришла любимая девушка, он счастлив быть рядом с ней, он рад ее видеть и, черт возьми, он ведь так хочет ее обнять! - Иди ко мне, я расскажу тебе, как это должно было бы случиться - я имею ввиду, как я хотел рассказать тебе об этом, - приглашающий жест похлопывающей по покрывалу ладони полулежащего Эйвери недвусмысленно намекал на то, что сие тепленькое местечко уготовлено ни для кого иного, как для Алекс.

+1

3

То есть сначала ты, уставшая, пришла к своему молодому человеку, чтобы расслабиться и отдохнуть. И было такое чудесное начало с этим нежным, трепетным, но терзающим струнки терпения внутри поцелуем, затем сменившееся неким ступором. И он (этот ступор) как-то попрочнее осел у тебя в сознании, нежели чем прикосновение теплых губ молодого человека.
Черт? Какую реакцию это должно вызвать у тебя? Пока только огромные вопросы в глазах. Черт, потому что ты вообще об этом узнала или черт, потому что это каким-то образом нарушило планы молодого человека? И пока Цезарь не заговорил дальше, ты не могла найти ответа на вопрос (который оказался, кстати, вторым вариантом). То есть молодой человек каким-то образом пытался уберечь тебя от возможного случайного появления этой информации в поле твоего зрения. Сюрприз? Какой сюрприз?. Парящая в воздухе атмосфера "расслабиться и отдохнуть" куда-то резко испарилась, сменяясь "снова в чем-то разбираться". Не подумайте, с Цезарем у этой дамы разборок почти не было. Как - ну их пока в принципе не было. Но с самого твоего возвращения все время что-то происходит, с чем приходиться разгребаться. Что-то решать, делать, выпутываться из неприятностей и переваривать странную и тяжелую информацию. Последнее вообще стало постоянным гостем в последнее время.
Ты глубоко вздохнула и поковыляла к Цезарю, несколько сгорбив спину. Мягкая кровать очень манила к себе, а лежащий на ней молодой человек тем более. Сняв обувь, ты залезла на кровать, сев сначала по-турецки. Но уже через мгновений опустившись вниз, укладываясь на подушку рядом с Цезарем. Пальцами одной руки ты аккуратно взяла нижний край его рубашки
- Нуу, что за история? - ты пялилась на свои пальцы. НУ и почему ты не могла сердиться? Почему ты не умела сердиться? Ведь многие другие девушки сейчас бы уже рвали и метали. ТЫ подняла глаза на Цезаря, одна бровь поползла наверх, а на губах появилась предательница-улыбка. Конечно, предательница. Тебя предала, явившись взору этого человека напротив. Девиз твоей (да вашей, скорее) жизни - Еще один день, еще одно "что-то", которое свалилось на голову. Не может пройти и дня, чтобы не появилось новых "приключений", назовем их так, которые столь успешно вносят разнообразие в это скучное бытие.

+1

4

Наверное, это спокойствие, это особенность темперамента - нормально реагировать на непредвиденное - это как-то передавалось. Потому что Эйвери, которого просто таки до бешенства, как правило, доводило то, что планы его идут под откос, сейчас не рвал, не метал, не ругался громко и вдохновенно, не награждал остервенелыми пинками двери и тумбы и даже не заламывал пальцы в попытке скрыть раздражение. Он просто лежал на своей кровати и приглашал Алексис присоединиться, которая в свою очередь, была редким экземпляром представительниц своего пола, у которой напрочь отсутствовала функция включения подозрительности и истеричности.
  Оно, наверное, и неудивительно. Цезарь давно заметил этот странный феномен - то, что он, в некоторых ситуациях оказывается хамелеоном - человеком, отражающим поведение окружающих его. Нет, он никогда никого не копировал, ни под кого не подстраивался, но так уж выходило, что тон его настроения зачастую задавал именно находящийся рядом человек. Так, как в близости Ангелин он становился невыносимым ублюдком. Так, как вблизи с Кайлой он становился неисправимым мечтателем. Так, как вблизи со Стефано сносило бошку. И, в конце-концов, рядом с Алексис приходило спокойствие и способность смотреть на вещи рационально - так, как он при любом другом раскладе посмотрел бы, лишь остыв и взвесив все холодным разумом.
   Вот и сейчас удалось посмотреть на ситуацию трезвым взглядом, плавно перескочив период ярости. Цезарь машинально перехватил пальчики Алексис, теребящие край его рубашки и положил ее ладошку туда, где, по его мнению, ей следовало быть - на его боку. Под рубашкой, разумеется. Возглавив целую армию мурашек, ровным строем промаршировавшую вдоль позвоночника, затем - по груди и прессу.
- Да нет там никакой истории. Просто...ну ты ведь помнишь, в каком виде тот театр, правда? Я хотел его полностью отстроить, с помощью ребят, с которыми мы недавно там собрались для этих целей. Хотел поставить "Деревья Умирают Стоя". И привезти тебя туда с завязанными глазами. Посадить на самое лучшее место, развязать повязку и дать увидеть всё это в готовом виде. Так, чтобы у тебя захватило дух и сперло дыхание.  Как будто ты стоишь на вершине горы... Знаешь это ощущение? Хотел его тебе подарить, - то, насколько Эйвери был разочарован тем, что все это теперь останется лишь в его фантазиях и мечтах, выдавалось только поползновениями бровей вверх - это выражение лица, когда человек о чем-то сожалеет и вскидывает брови. - Признавайся, кто тебе выдал мою тайну. Самолично язык отрежу, - грозно проворчал Цезарь, не давая Алекс ответить и покрывая её губы своим поцелуем - будто бы уже принялся воплощать свою угрозу в жизнь - только на ней, лишая её возможности говорить таким "варварским" методом.

+1

5

Экскурсия твоей руки по его телу, пусть и по самому маленькому кусочку тела, несколько уводила в сторону твои мысли, заставляя забыть о том, с чего все началось. Хотя началось как раз с такого. Вы еще помните тот чудесный, заставляющий струнки всего тела натянуться, поцелуй в живот? И тем не менее, ты хотела разобраться с тем, что сейчас происходило.
Его рассказ был до безумия милым и романтичным. На губах светилась легкая счастливая улыбка. Тебе даже стало жалко о том, что ты узнала про этот театр. Но что поделать с тем, что эта рассылка стоит на все номера вашего университета, да и города в принципе? Ты даже забыла о второй части этого сообщения, заслушавшись того, что говорил Цезарь. Конечно, он был расстроен. И это лишь легкое движение бровями говорило за себя.
- Это безумно мило - улыбнулась ты шире, прикасаясь ладонью к его щеке - хоть это не будет стопроцентным сюрпризом, как ты хотел, я не буду появляться там и не буду ничего про него читать и слушать - у тебя тоже появился теперь свой план. Тебе хотелось, чтобы Цезарь увидел твое удивление, радость, шок, смятение - ведь если он что-то делал, он вкладывал туда всю душу - не к месту сказано, но как твой отец - и если человеку подарить эту истинную эмоцию восторга и изумления, человека нельзя будет найти в более счастливом расположении духа
Ты не успела раскрыть рта, чтобы ему ответить на его же вопрос, как ощутила сладостный вкус его губ. Отвечая на его поцелуй, ты притянула Цезаря к себе, тем самым молодой человек нависал над тобой. Какие сплетни, какие театры и какие обсуждения, а еще и возможные конфликты, когда рядом с тобой человек, заставляющий сердце биться быстрее, а разум покидать твое сознание.
- Все твои - прошептала ты, отрываясь от его губ на мгновение - все твои друзья, да и мои, неплохо молчат. Но вот кое-кто другой - ты достала из кармана телефон, разблокировала его и протянула Цезарю. Там было открытое сообщение. И самое забавное - ты правда забыла про вторую часть, даже лучше будет сказать, что ты не посчитала её верной или возможной. Папарацци любит сплетничать, он любит правдивые истории, но иногда перегибает со своим красноречием. Пока молодой человек пробегался глазами по тексту, твои пальцы вновь стали теребить рубашку Цезаря, а точнее пуговички на ней. У тебя была какая-то маниакальная любовь к мужским рубашкам. Все детство ты носилась в папиных, за что иногда получала нежное наказание. Не мог отец тебя наказывать строго. Поэтому сейчас, улавливая моменты, когда твой молодой человек был в рубашке, ты всегда позволяла себе немного над ними издеваться.

+1

6

Конечно же, теперь вряд ли что-то можно было исправить даже такими трогательными благородными порывами Алексис упорно делать вид, будто бы она ничего не знает (хотя какая девушка не испытывала бы при этом всепоглощающего любопытства?!). Но что толку сокрушаться теперь, рвать на голове волосы и метать все, что мечется, включая тамагавки и икру, если назад утерянной безвестности не вернуть? Так рассудив, Цезарь даже будто бы сумел убедить себя, что, в сущности, ничего катастрофического не произошло и уже даже то, что Алекс узнала о театре сейчас - все равно было для нее сюрпризом. И, хотелось думать, что все-таки приятным. И пусть она теперь с томлением ожидает, когда Эйвери доведет все до конца (а это, наверное, будет не так скоро, потому что приближаются холода, как никак!).
   После поцелуя, который грозил тем, что Цезарь и Алекс могли попросту забыть напрочь о теме разговора и уйти от нее столь далеко, что потом было бы крайне проблематично восстановить в памяти, на чем они там остановились, последовало таки объяснение того, каким образом сверх-засекреченная информация добралась до ушек и глазок Палмер-младшей. Вот что-что, а этот вариант Цезарю даже в голову не пришел, видимо, в силу того, что это даже и сплетней-то назвать было сложно. Так, по крайней мере, ему думалось тогда, когда он начинал читать коротенькую заметку о себе любимом в небезызвестном в студенческих кругах блоге. В самом деле, чем может привлечь публику какой-то там полуразрушенный театр? Но Эйвери совершенно опустил из виду те обстоятельства, которые посодействовали его покупке - видимо, слишком самоуверенно полагал, что никто не должен и не может знать о том, чего в сущности и не было.
   Крайм слишком выше всего этого, чтобы намеренно пускать слухи или трепать языком - это наверняка, это даже сомнениям не подлежало. А больше ни одна живая душа не знала о том, что произошло тогда, в тот день...
  Но мы забежали слишком вперед, ведь Эйвери только-только глазами добрался до самых кульминационных слов, в которых, собственно, и таился весь сакральный смысл этого сомнительной важности предприятия - туманном намеке о способе добычи денег Цезарем.
  "С одной стороны, - лихорадочно соображал возбужденный этим намеком мозг молодого человека. - Если бы эта треклятая так называемая Королева что-то знала, то она бы уже это выложила... А если не знает, то откуда этот намек - с другой стороны?"
  Какие-то секунды, жалкие, короткие, скоротечные, а Цезарь уже успел столько раз взвесить ситуацию, оценить её, попытаться сделать выбор прямо сейчас - раскрыть ли Алексис то, о чем она, возможно, никогда и не узнала бы, или сделать вид, что он попросту не понимает, о чем речь? Ведь опять же - ничего не было, а значит, фиктивно и рассказывать не о чем?
   Когда молодой человек наконец сообразил, что, видимо, слишком долго и сконцентрированно пялится в экран мобильника, и перевел взгляд на Алекс, было поздно что-то решать. Наверняка, сто процентов из ста, его взгляд,  его глаза, его ступор и столь видимое смятение - красноречиво обо всем рассказали. Находка для шпиона - ни дать, ни взять! И главная ошибка, которую он сам же допустил, которая и поставила его теперь лицом к лицу с необходимостью что-либо объяснять, была в том, что он сам себя выдал. По всему было ясно - Алекс либо была слишком шокирована новостью о театре, что пропустила мимо себя все остальное, включая и подробности его покупки, либо же просто списала все на неуёмно-острый язычок тайной блоггерши, склонной сгущать краски и додумывать несуществующее.
  Впрочем, чем черт не шутит?
- Ха, - Эйвери с максимальной беззаботностью, на какую был только способен вопреки внутренней тревоге, подкатил глаза и с некой опаской прижал к себе Алекс покрепче. - Вот проныра! Ничто от неё не скроешь! Мне иногда кажется, что она узнает обо всем раньше, чем это вообще случается...Аномальное любопытство и тяга рыться в чужой жизни... Ей определенно нужен хороший психиатр, как думаешь? - вкрадчивая попытка свести все к шутке и уйти от темы разговора. На чем они там остановились? Поцелуй?

+1

7

Цезарь был явно удивлен и недоволен тому, что написала папарацци. И только с этой эмоцией, появившейся на его лице, ты вдруг вспомнила про вторую часть, которая что-то там говорила про "способ", которым достал деньги Цезарь. Что было на его лице сейчас, когда он посмотрел на тебя? Смятение, для девушек это можно было бы назвать легким шоком. Ты поняла, что тут тоже что-то скрывается, что есть то, что ты снова не должна была узнать. Его речь только придала уверенности тому, что было у тебя в голове. Ты покачала головой и усмехнулась
- Я знаю, что здесь что-то нечисто - сказала ты с улыбкой, вместе с тем притягивая молодого человека к себе - но я тебе доверяю. Поэтому ты мне сам все расскажешь, без папарацци и сплетен - в следующий миг ты притянула его к себе и поцеловала. В своей же фразе ты имела ввиду "когда придет время", то есть ты не требовала от него сейчас ничего. Хотя куда деваться - любопытство превышало все границы. Но разбираться в этом тайком ты не собиралась, а молодой человек всячески пытался увильнуть от темы. И хотя внутри было какое-то странное неприятное чувство, ты предпочитала скидывать это на "незнание" того, о чем говорила это чудо-проныра.
- Ты ведь расскажешь? - хитро сщурилась ты, на мгновение отрываясь от поцелуя, чтобы полностью увидеть его лица. Ну а если здесь и правда что-то нечисто, а он не собирается об этом рассказывать - ему должно быть стыдно, и он все равно расскажет рано или поздно. И хотя такого коварного плана в твоей голове не было, он имел место быть. Ты же просто старалась вести себя так, как тебя всегда учили - достойно. А достойно - значит не лезть в чужую жизнь, если нет опасности для жизни, да и даже тогда это может обернуться не только против тебя но и против того, кому пытаешься помочь. А опасности этой ты пока не видела.
- Я сегодня была в магазине - ты забрала у Цезаря телефон и положила его на тумбочку - купила одну занятную вещь. И вообще-то не собиралась её тебе сегодня презентовать, но - прикусив губу, ты немного приблизилась к нему - если ты захочешь и очень меня попросишь, то есть вероятность того, что я тебе её покажу - ты улыбнулась самой невинной улыбкой, теребя при этом верхнюю застегнутую пуговицу на рубашке молодого человека.
Если бы ты не оказалась рядом с ним на кровати сейчас, а сидела где-нибудь в кафе, то исход разговора о папарацци мог быть другой, но у тебя совершенно отключалась голова, как только вы находились где-то в уединении. Кажется, выдай он какую-то жуткую, дикую и мерзкую новость, ты бы все равно пропустила её мимо ушей, приняв вовсе не тем образом, каким стоит. И в этом была твоя проблема. Но зато ты знала, что если нужен будет серьезный разговор, то он будет не в комнате, не дома, не в отеле в номере или где-то еще в такого рода месте, а будет в кафе, в ресторане, в парке - там, где много людей и где можно взять себя в руки.

+1

8

Это было... неожиданно? Нет, совсем не то слово. Шокирующе? И даже это в полной мере не характеризует то, что испытал сейчас Цезарь, когда, казалось буря обещала вот-вот разразиться. Никогда, НИКОГДА он еще не встречал человека, который доверял бы ему столь сильно даже тогда, когда, казалось бы, на то нет никаких серьезных оснований. Кроме того, что он любит Алексис, конечно же. История показывает, что для большинства девушек и это не является достаточным. И это лишний раз подтверждало то, насколько необыкновенно повезло Эйвери с его выбором. Но... повезло ли ей также само? Теперь, когда она выразила свою уверенность в нем, когда доказала этим своим нехитрым маленьким подвигом свое отношение, Цезарь почувствовал себя паршиво и гадко. Словно он по собственной воле измазался в канализационной яме и сейчас без зазрения совести находился рядом с ней - чистой и благоухающей.  Никогда в жизни он настолько тяжело не ощущал "грязную" совесть. Нет, не нечистую, а именно грязную. Если бы Алекс, как это делают девушки в 99 случаях из 100, закатила скандал - ну хотя бы совсем-совсем крохотный, было бы проще... Потому что выходило бы так, что Цезарь своим поступком лишь оправдал чьи-то ожидание и недоверие к себе. Но при таком раскладе это все было слишком тяжело. И теперь уже не имело значение, было что-то между ним и Крайм или нет, состоялось ли сомнительной нравственности мероприятие, или по каким-то не зависящим от Эйвери причинам сорвалось... Уже само то, что он сознательно пошел на это рвал на куски и терзал сознание.
  - Я тебе расскажу. Сам. Обещаю, - наконец выдавил из себя Цезарь, сглотнув застывшую комом в горле растерянность. - Просто пусть это будет не сейчас. И... спасибо тебе. За доверие, - "жаль, что я не всегда могу его оправдывать" - мысленно добавил молодой человек, едва удержавшись от того, чтобы не выпалить это вслух. - Мне никогда и никто так не доверял. Я люблю тебя, ты у меня самая замечательная, - ни капли лести, ни слова преувеличения. Эйвери в полном смысле слова восхищался Алексис и его глаза - с непроизвольным блеском воззрившиеся на нее, подтверждали каждое сказанное им слово.
   Разве можно быть такой доверчивой? Разве можно его так любить и так ему верить? Эйвери опасался, что когда-нибудь у него появится неконтролируемый соблазн снова и снова пользоваться этим в своих целях. Это было бы еще паршивее, чем есть сейчас, поэтому он  клятвенно пообещал себе, что больше никогда и ни за что не допустит этого.
- Ну ты же в любом случае когда-то мне это покажешь, верно? - постарался переключиться на другую тему, так услужливо подкинутую Алексис, Цезарь. В данный момент у него не получалось выглядеть достаточно азартным и заинтересованным, чтобы "выклянчить" полагающийся ему сюрприз. Потому что мысли о внезапно закончившемся разговоре все еще не давали шанса дышать спокойно, не ощущая этой тяжести внутри. Но разве не стоит её улыбка, её блеск в глазах того, чтобы сделать над собой крохотное усилие? - Я буду тебя просить так настойчиво и надоедливо, что у тебя просто не останется другого выхода, кроме как раскрыть все свои карты! - с напускной угрозой изрек молодой человек и, упершись лбом в лоб девушки и при этом вскинув брови до ощутимых бороздок над ними, добавил: - Мне начинать, или сдашься по хорошему?

+1

9

От его слов на губах появилась легкая улыбка. Наверное, в голову могли закрасться нотки сомнения, неуверенности. Могли, но этого не произошло. Цезарь - первый настоящий молодой человек в твоей жизни, первый, кому ты полностью открыла свое сердце, даже так - кому отдала свое сердце. И ты не собиралась все это портить идиотскими разборками. Ссоры будут? Помиритесь. Но ты не хотела превращаться в параноика, пытающегося выискать какой-нибудь минус. А стоило только начать
- Смотри не потеряй его - ты хихикнула. Конечно, ты шутила. По крайней мере, для тебя все это сейчас выглядело шуткой. Хотя в какой-то степени это было правдой - можно помириться из-за глупой ссоры, можно починить разбитую вазу при желании, но нельзя просто склеить разбившееся однажды доверие. Но мы ведь сейчас совсем не об этом, правда? - И я тебя люблю, мой милый - ты сокращаешь то маленькое расстояние, что было между вами, касаясь своими губами его губ. Сначала совсем легонько, затем чуточку сильнее. Но ненадолго, лишь короткий поцелуй, подтверждающий сказанные слова, пусть в этом и не было необходимости, это всегда приятно
- Когда-то покажу - скорчила ты рожицу, высовывая язык. Кажется, Цезарь еще не совсем отошел от разговора, что могло немного напрягать. Видимо, пока он совсем не хотел тебе что-то говорить. И каким бы сильным ни было твое любопытство, ты больше не стала бы поднимать эту тему. А он, коварный похититель твоего сердца, стал очень быстро отходить, углубляясь теперь в суть дела о той самое вещичке, которую ты купила
- Боюсь, что так - ты бросила взгляд вниз, обрисовывая положения ваших тел, дыхание сбилось, а рука чуточку сильнее сжала ткань рубашки молодого человека еще несколько мгновений и я забуду обо всех купленных вещах - ты чувствовала его дыхание и не могла удержаться, чтобы не поцеловать. Нет, даже не поцеловать - впиться в его губы, свободной рукой обнимая- ммм - что-то попыталась сказать ты сквозь поцелуй, наконец через силу оттягивая себя от него нет-нет! - скорее ты пыталась уговаривать саму себя, что надо сейчас, а не потом - Я хочу сначала показать - ты еще раз чмокнула его в губы, стараясь быстрее выскользнуть и встать с кровати. Удалось это с превеликим трудом.
- Погоди одну минутку - сказала ты ему, хватая свою сумку и залетая в ванную. Интересно, он что сейчас подумал вообще?. Ты попыталась представить себя на его месте. Тебе в голову лезли только странные вещи. Да и для молодого человека это все выглядело очень подозрительно и странно. Ему из ванной доносилось странное шуршание, которое то затихало, то снова возобновлялось. Затем повисла полнейшая тишина, а между делом прошло уже около пяти минут. Так все, еще одна деталька. Ты наконец закончила все свои приготовления
- Милый, я иду уже, секунду - донеслось из ванной. Снова послышалось шуршание, примерно такое же, как и в самом начале, только длилось оно куда меньше по времени. Ты же в ванной тем временем застегнула сумку. Все - можно было открывать дверь. Ты показалась из ванной
- Прости, я хочу переодеться, потому что мне кто-то посадил пятно на кофту и штаны - а вышла ты тем временем в халате. Вся такая хитрая, загадочная. Ты положила сумку у кровати, а затем подошла и взяла пакет, который стоял у двери - отвернись на секундочку, пожалуйста. И не подсматривай! - что вообще сейчас происходило? И почему ты не могла переодеться при нем, это ведь уже бывало. Ответ очень просто - то, что ты купила, должно было быть также полной неожиданностью. Провозившись еще около минутки, ты наконец-то выполнила все необходимые действия - все, можешь поворачиваться - в этот самый момент ты развязала халат и обеими руками и "раскрыла" его. На тебе было вот это. А на губах была легкая, все такая же хитрая улыбка
- Ну как?

+1

10

Нет, Цезарь, конечно же, не собирался на полном серьезе выклянчивать сюрприз, водя хороводы вокруг Алексис и ведя себя точно так, как любой ребенок, который хочет во что бы то ни стало заполучить определенную приглянувшуюся  ему вещицу. У него был свой метод, куда более действенный, особенно в контексте того, что пальчики девушки уже недвусмысленно теребили край его рубашки. И он бы претворил свои угрозы в жизнь, притом, с немалым удовольствием, если бы Палмер не выскользнула из его объятий по непонятным для молодого человека причинам. Где-то на интуитивном уровне Эйвери все же ощущал, что все это было четко спланировано или, скорее даже, не так - просто вот это исчезновение за дверями ванной является частью сюрприза, но пока что лишь где-то на интуитивном уровне - стало быть, информация еще не успела достигнуть мозга, идентифицироваться и привести к каким-то явным и конкретным догадкам. Эйвери лишь заинтересованно сверлил взглядом двери, постукивая от нетерпения пальцами по поверхности кровати, где еще будто бы было тепло тела Алексис.
   Уже тогда, когда Алекс показалась из-за дверей в халате, все вдруг встало на свои места, потеряло всякую двусмысленность и стало в некотором смысле предсказуемым. Но нет, в данном конкретном случае, предсказуемость не отождествлялась со скукой, отсутствием интриги, интереса, любопытства и желания таки заполучить обещанное. Напротив - интерес только возрос, когда Эйвери понял, что сейчас первыми подарок получат органы его зрения и всяческие эстетические чувства будут в полной мере удовлетворены. Послушно зажмурившись, Цезарь уже представлял себе то, что, возможно, сейчас увидит, и в тот самый момент, когда его воображение услужливо подсунуло картинку с полуобнаженной Алексис в ажурном белье, молодого человека осенило! Он ведь тоже купил ей подарок! Да да, именно этот, который сейчас представился в его воображении. Именно этот красный комплект... Да уж - вот так совпадение!
  Все еще не видя "гвоздя программы", Цезарь широко улыбался собственным мыслям, предвкушая возможную развязку маленького каламбура. Когда же наконец Алексис милостиво позволила парню лицезреть себя, он, распахнув выжидающие этого момента глаза, так и замер - недвижимо, с улыбкой, будто приклеенной к его лицу. Застыл, казалось, даже не дыша - как запечатленный фотоаппаратом кадр.
- Ты...Ты восхитительна, - почти шепотом произнес Цезарь, приподнимаясь на локтях, вкрадчиво сползая с постели и медленными шагами приближаясь к девушке. Его лицо все еще имело то выражение, в котором его застал этот сюрприз. Она была такой... Она казалась ему почти ребенком - непослушным, сорвавшимся - тогда, когда они познакомились. И сейчас это сочетание невинной, чистой девчонки, которой Алексис все еще оставалась в глазах Цезаря, с пикантным облачением, этот контраст, это осознание того, что никто и никогда не увидит ничего подобного, не узнает, КАК она восхитительна, обольстительна и аппетитна в этих полупрозрачных тоненьких кусочках материй, захватывало дух, сдавливало дыхание и вычеркивало из головы решительно все другие мысли, какие были и какие могли бы быть. 
  Жаль, он не сможет сказать ничего нового, подобрать такого слова, которое выразило бы эти ощущения и то, НАСКОЛЬКО то, что он видит прекрасно - потому что таких слов просто нет. Все они когда-либо применялись к другим людям, а значит априори не подходят к этому случаю. Но это неважно. Глаза ведь говорят на другом языке. На ИХ языке, который никем и никогда не был запятнан.
  Оказавшись сначала в двух шагах, потом в полуметре, а еще через секунду - практически нос к носу с Алекс, Цезарь довольно резким, требовательным движением прижал девушку к себе и жадно сорвал с её губ поцелуй, выражая этим все свое неистовое желание никогда и ни с кем не делиться ВОТ ЭТИМ; желание завладеть этой "черной" (по цвету наряда) жемчужинкой, убедиться еще раз, что она его.
- Жаль, что ты никогда не сможешь быть в этом наряде дольше нескольких минут, - с жаром шепнул на ушко девушке молодой человек, наступая на Алекс, пока они не оказались у стены - Палмер, прижатая им; и Цезарь, одной ладонью нашедший опору, а другой поддевающий тонкую ткань чулка.

0

11

Эти несколько мгновений пока Цезарь только открывал глаза и фокусировал на тебе взгляд казались безумно долгими. В голове ты себе представляла совершенно разные реакции, совершенно разные эмоции. То, что было написано на его лице даже превзошло ту фантазию, которая появлялась у тебя в голове. Эта улыбка и этот завороженный взгляд говорили о том, что ему нравится. Его замирание, эта некая пауза подергивала внутри нервишки, отчего стоять на места с той хитрой улыбкой было очень сложно. Его слова заставляют улыбнуться шире. а вот и еще одна маленькая "приятность", сообщающая о том, что тебе идет этот "наряд"
Казалось, что он даже немного не узнает тебя. Ты сама себя не узнавала, оказавшись рядом с ним. Всегда аккуратная, добрая, нежная и милая, оставаясь с ним один на один, ты превращалась в женщину-кошку, которая играет в игры, показывает свою коварность, соблазнительность. Как супер-герой в определенный момент получает способность и определенный облик, так и ты рядом с ним меняешься не "соблазнительницу" в некотором смысле этого слова. И самое интересное - ни одна из этих крайностей в тебе не мешала тебе сейчас жить. Как раз этой частички коварства, которую ты можешь дарить своему любимому человеку, тебе будто бы и не хватало. А теперь все друг друга дополняло, оставляя все стороны (особенно ту, что сейчас была в нескольких метрах от тебя) довольными.
В следующие мгновения все произошло очень быстро. В несколько шагов он оказался возле тебя, в следующий миг уже прижимая к себе и страстно впиваясь поцелуем в твои губы. Сердце заколотилось в бешеной скоростью, а дыхание сбилось. Казалось, что среди всех поцелуев это был самый чувственно-страстный, самый требовательный и самый жадный. Только одно его движение, один такой поцелуй говорили за себя. Твои руки крепко обняли его, прижимая к себе еще ближе, твои губы целовали его не менее жадно, чем его. Мой
- Точнее - таким же шепотом прерывисто шепчешь ты, одной рукой прижимая голову молодого человека ближе к себе. Его губы рядом с твоей шеей сводили с ума - ты не сможешь меня в нем видеть больше нескольких минут - улыбка и вместе с тем легкий удар спиной в стенку. Как вы оказались там? Ты не помнишь. Да и какая разница, когда его губы прикасаются к твоему телу, его руки так требовательно и вместе с тем нежно касаются одного чулка. Дыхание, как дышать? Как надо вдыхать воздух в легкие, чтобы не умереть.
Одну ногу, ту, которой сейчас касался Цезарь, ты приподняла, слегка обхватывая ногу молодого человека. Подготовка этого наряда заняла столько времени, а сейчас томительное ожидание только от первого движения к тонкой прозрачной ткани заставляло громко вздыхать, жадно глотая воздух. Одной рукой снова прижать его ближе к себе, а второй, второй расстегнуть те оставшиеся на рубашке пуговицы, с которыми ты не успела этого проделать в процессе разговора
- Я - поддаться вперед, кончиками губ касаясь его уха хочу тебя - три слова, срывающиеся с твоих губ, могут показаться слишком диким для такой девушки, как Лекси. Но здесь, не сейчас. Ты этого хочешь, почему ты должна это скрывать? А от его требовательных прикосновений это желание только возрастает, заставляя тебя произносить это еще и вслух. Губы нежно прикасаются к уху, затем ближе к лицу, скула, щека... Ты постепенно продвигалась к его губам, оставляя самое сладкое на самый конец. Вокруг становилось жарко.

+1

12

Сложно, наверное, представить Цезаря, который никогда особенно не парился по поводу собственной нравственности, консерватором хотя бы на минутку. Сложно представить себе человека, который вполне волен позволить себе любую вольность - абсолютно и безоговорочно любую, если того потребует ситуация, вот тем самым странным словом на "к". Человек, который, стоит просто дать ему немного времени, будет выдумывать вводящие многих в смущение глупости типа переодеваний, ролевых игры и воплощать в жизнь все свои фантазии - консерватор?
  Да. Немного. Совсем-совсем чуть-чуть. Ненамеренно, неосознанно, видимо, генетически передалась черта всех британцев. И именно эта черта всегда делала практически невозможным эти три простых и так мало значащих по сравнению хотя бы с "Я тебя люблю" слова - "Я тебя хочу". Они ведь проще, легче. Почему тогда Эйвери, даже когда они настойчиво просятся наружу, всегда предпочитает удерживать собственный язык за семью замками и молчать о том, что и без слов очевидно, но что наверняка способно добавить особую "перчинку", сделать вкус упоения друг другом еще более насыщенным.
   А она так просто это говорила, что Цезарь даже немного удивлялся каждый раз слыша это - он ли её этому научил? Смелая, отчаянная - ни тени стеснения и смущения, так естественно все то, что она делает! Но как же каждый раз было лестно до умопомрачения слышать это простую, казалось бы, констатацию факта! Что это за удивительное чувство - таять от мысли о том, что кто-то, лаская взглядом линии твоего тела, ощущает пленительное возбуждение? Как это заманчиво - знать, что кого-то его прикосновение приводит в трепет и восторг! Неужели Алекс, глядя на него, чувствует то же, что и он? Эстетическое наслаждение каждым миллиметром, идеально сочетающимся с его собственными телом?
   Кажется, еще несколько минут назад Цезарь хотел что-то добавить в тему о шикарном белье. Толи по поводу времени его нахождения на Алексис, толи вовсе о том, что ее ожидает подарок, очень похожий на тот, который преподнесла она ему... Но все слова попрятались, оставив только самые необходимые - на экстренный случай.
  Несколько секунд Цезарь просто безропотно поддавался приятному, расслабляющему ощущению неги рядом с нею, но когда ожидание показалось ему черезчур томительным, когда он вдруг посчитал, что Алексис слишком долго слепым котёнком утыкается в разные части его лица, мучительно оставляя "за бортом" ожидающие особого внимания губы, он ловко перехватил инициативу в свои руки. Впрочем, одна рука все же была занята лихорадочным поиском решения - как избавиться от чулка (который смотрелся таки просто невероятно! Но Эйвери все же действительно хватало на минуту-другую созерцания), не испортив тонкую вещицу? В конце концов просто смирившись с тем, что сейчас для  его алчущих ощущений, неспособных на "тонкую работу" рук, Цезарь отстегнул чулки от верхней части белья - был у него собственный коварный умысел... Знаете, Цезарь - он на то и Цезарь, чтобы делать несколько вещей одновременно - вот сейчас он как никогда точно оправдывал собственное имя, потому что рука, занятая решением непростой задачки нисколько не мешала второй руке наглым, практически хамским движением высвободить грудь Алекс из ажурных чашечек грации и прильнуть к ним в порыве самой настоящей тоски по этим ощущениям.
  - Ты моя сладкая, - улучив секунду, шепнул Цезарь. - Сводишь с ума, - так говорят все... Да плевать! Иногда уже не так важно становится это противное "не как все" и хочется просо с головой окунаться, погружаться, затаив дыхание в невесомое ощущение притяжения к ней. - Хочу тебя так сильно! - и правда ведь. Цезарь был большим поклонником женской красоты, но только  эти аккуратные, мягкие, вмещающиеся в ладони холмики, увенчаные затвердевающими в такие вот особые моменты выступами, могли вызвать желание снова и снова дотрагиваться к ним кончиком языка, будто они на самом деле могли дать живительные капли влаги пересохшим губам.
  И снова, как всегда, приходилось оставлять это "на потом", потому что больше не было сил принадлежать внешнему миру. Нехотя, почти насильно отрывая себя от мягких, заигрывающих, провоцирующих покусываний, Цезарь спускался на колени. Маленькая фетишь - стаскивать ажурное белье, сидящее на идеальных формах Алекс, будто влитое, - без помощи рук.

+1

13

Дата и время:
13 февраля 2012 г, понедельник
10:00 - 14:00
Погода:
Погода на удивление теплая, солнце ярко светит на чистом небе, мороз еще не отступил, но сегодня он дает право насладится прекрасным днем и хорошей погодой! +5 - +9 С

Отредактировано Game Master (2012-12-15 01:08:14)

0


Вы здесь » Golden Gate » Все подряд » Комната #5 - Caesar Avery