Golden Gate

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Golden Gate » Архив игровых тем » Это временно...


Это временно...

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

1. Название воспоминания/события
Это временно...
2. Действующие лица
Estelle & Angel
3. Дата/примерная дата и время
1 ноября 2011 г.
4. Краткое описание.
Энжел прочитал свежую сплетню про Амбреллу, но, как оказалось, дело обстояло несколько иначе...

0

2

Свернутый текст

http://s.qip.ru/201s6Fl.jpg

Спасибо дражайшей Амбрелле за мой "домашний арест". Заботливая подруга на столько пеклась и волновалась о том, что весь вчерашний день я провела практически не сползая с дивана - я честно пыталась, но меня смущали вертолеты, тут же появляющиеся перед глазами при любой попытки поползновения - что на манер занудной мамочки убедила меня и сегодня остаться дома, в обнимку с соками и фруктиками. А сама, нахалка, между прочим, бросила меня, ускакав куда-то по своим делам, а я значит была вынуждена сидеть тут одна, и переваривать свалившуюся на меня вчера новость. И кстати, теперь  я вовсе не могла разобраться - на самом ли деле мое самочувствие оставляло желать лучшего, или же это было эффектом психологическим. Так или иначе, как бы я не хотела свалить куда-нибудь, слиться с толпой и ни о чем не думать, я была вынуждена сидеть дома, и втыкать в мультики. Опять же, по совету все той же дражайшей Амбреллы!! Поведение моей подруги буквально орало "подруга! я знаю наверняка, как тебе будет лучше!" и у меня создавалось такое впечатление, что в ее глазах все девушки, узнавшие о своей беременности, тот час же приписываются в тяжелобольным, бьющимся в предсмертной агонии. Ну да ладно, спишем это на шок, который мы с ней разделяли, и будем надеяться, что эта гиперопека скоро сойдет на нет и все снова вернется на круги своя, а я снова смогу зажить спокойной жизнью.
И между прочим, от предсмертной агонии я была недалека - готова была уже на стенку лезть от скуки или линять через окно, аки Рапунцель из своей башни! Благо, от подобных безумств меня спас мой любимый ангел, который должен был с минуты ну минуты позвонить в дверь. Безусловно, мы бы оба были куда больше рады пойти погулять, погонять голубей да поржать на всю улицу, но заботливая Руквуд успела и ему на уши навешать, что Иске лучше остаться дома, Иска себя вчера плохо чувствовала. И хоть я и сумела убедить его, что со мной все в порядке (ну как-то я пока не могла выжать из себя те два слова... мне нужно было смириться с этой мыслью и привыкнуть, как оно звучит у меня в голове, прежде чем озвучивать это вслух, донося до его ушей) мы решили все же настырной американке не перечить. Явиться она может домой в любой момент, и вот худо будет, если я буду в это время в бегах... Звонок в дверь раздался в тот момент, когда бешенная рыбка Дори и опечаленный рыбка-клоун Марлин скакали по медузам.
- Оооо, я так рада что ты пришел! - закрыв за Энжелом дверь, я заключила его в свои объятья и коротко поцеловала, приподнимаясь на носочки. - Я тут чуть с ума не сошла, она меня взаперти держит!

+1

3

Уж куда-куда, а на встречу с моей итальянкой я всегда нес свое тело более чем охотно. Сегодня же это желание удвоилось, а, возможно, возвелось в куб, потому что к простому и понятному желанию возлюбленного увидеть предмет своего обожания добавилось нечеловеческое любопытство, коим я был зверски истерзан ровно в тот час, как увидел очередную провокационную сплетню от Папарацци.  Да да, я продолжаю читать этот блог, хотя частенько информация там значительно утрирована и перекручена. В данном же случае я, даже подключив всю свою фантазию, не мог придумать, как можно было все вывернуть до состояния недостоверности, поэтому остановился на мысли, что беременность Амбреллы - это таки факт. Хотя, нет, наверное, все же оставался шанс, что текст показал бы отрицательный результат, но знаете, ведь девушки просто так не берут тесты, правда? А значит, были какие-то предпосылки, которые и толкнули подругу моей девушки на столь радикальные меры.
   И я, как последний сплетник и любитель совать свой нос в чужие дела, вместо предвкушения встречи с моей очаровательной Исой, всю дорогу, которую мчался семимильными шагами, думал о том, от кого Роквуд могла залететь, если я даже не припомню, был ли у нее парень. Непорочное зачатие и зачатие по пьяни не вязалось как-то с реальностью, поэтому, заскакивая в распахнутые двери комнаты Либерти, я был твердо намерен выведать у нее всю информацию, которую, впрочем, она, вероятно, и сама охотно выложит передо мною на блюдечке.
   - Бежал со всех ног, - гордо сообщил я, охотно поддаваясь объятиям моей девушки (вы только вдумайтесь, как круто звучит, а? ИСА ЛИБЕРТИ - МОЯ ДЕВУШКА!). За этим последовал трогательнейший поцелуй в нос и в её сладкие губки, хотя, стыдно признать, я еле сдержал себя, чтобы не начать нашу встречу с "Амбрелла беременна?!". И это не от того, что всякие там сплетни интересуют меня больше моей итальянки, не оттого, что я такой невнимательный, не от того, что я, наконец расставив все точки над "и" в наших отношениях поостыл и успокоился - просто так вот получалось... Через одно весьма интересное место, на котором все сидят - у меня же оно весьма многофункционально.
- В заперти? -я прошествовал прямиком на кухню, при этом ни на секунду не отпуская Эстель - она так и осталась "повисшей" на мне, а я без особого труда тащил этот приятнейший груз на себе. - Чойта? Не, я понимаю, плохое самочувствие, и все такое... Но мне кажется, это крайности, потому что прогулки на свежем воздухе еще никому не мешали. Наверное, у нее это...обострение, - я многозначительно хихикнул. Кстати, почему меня понесло на кухню - так и не понял - дома я сытно поел. Но то, что моими ногами руководил не мозг, а желудок - это был неоспоримый факт. - Кстати, Ис... а отец-то кто? - вот, кажется, все вышло по порядку. Приветствие, поцелуй, обнимашки, личная заинтересованность здоровьем, а уж потом вопросы. Ох неужели я оставил в прошлом способ выполнения задач аля "через ж"? - Вариант "от Святого Духа" не принимается. Хочу знать! - я метнул псевдо-сердитый, требовательный взгляд на девушку и усадил её на стол - ох как я любил такое положение вещей... не забыть бы о своем вопросе!

Отредактировано Angel Galaher (2012-03-27 15:28:52)

+1

4

Миссия номер один - не растаять в бесформенную лужицу, оказавшись в любимых руках и получив порцию нежных поцелуев - была успешно выполнена (растаять не растаяла, но малость расквасилась - это да), а миссия номер два - завалить его заботливыми вопросами о том, не голоден ли он, не хочет ли чаю или кофе, ну или секса на кухонном столе - не успела придти в исполнении, по скольку Энжел у меня мальчик очень самостоятельный: без лишних вопросов и ответов он, уверенным таким шагом, сам направился в кухню, и ему даже не помешала я, болтающаяся на его шее. Я уже говорила, что рядом с ним я чувствую себя таким неполноценным человеком, который страдает как дефицитом роста, так и дефицитом веса? Говорила, и скажу еще раз, ибо так оно есть, и между прочим, каждый раз меня это удивляло: как, ну каак можно можно с такой легкостью таскать меня на себе, словно я не девушка, а пушинка какая? Нет, не в том плане, что это варварство, так с людьми поступать, а в том плане, что я же черт возьми вчера пол-килограмма набрала, я тяжелая!! Ну да ладно, не буду кривить душой и скрывать правда - мне нравилось такое положение дел. Нравилось ощущать себя меньше, младше, беззащитнее, и вообще - под его крылышком.
- Угу, ну разве что, обострение наглости у нее - недовольно буркнула я, абсолютно не понимая, над чем юноша хихикает, ведь это не смешно, держать человека в четырех стенах и никуда не выпускать, изображая из себя заботливую курочку-наседку. Она бы меня еще на цепь посадила!! И я уже хотела было возмутиться и поинтересоваться у своей любви, что же такого смешного в поведении моей подруги, но последующий его вопрос выбил предыдущий смешок из моей головки. Меня даже практически парализовало от неожиданности, и я бы точно шмякнулась бы на пол, если бы Энжи не усадил меня, словно куклу, на кухонный стол. Оооо, стоооол. Уж я-то знала, какую слабость питает мой возлюбленный к этой детали интерьера кухни, и обязательно бы этим его слабым местом воспользовалась, если бы его вопрос не направил меня к объятия к когнитивному диссонансу и глубокому непониманию и недоумению: откуда?! Откуда, черт возьми, он уже знает?! Не уж-то Амбрелла разболтала?! В общем, увы и ах, стол так и останется обделенным вниманием, по крайней мере до тех пор, пока я не выясню, о чем говорит блондин и какая птичка на хвосте ему сию новость доставила быстрее, чем это успела сделать я.
Мне стоило много усилий, дабы подавить в себе ту бурю негодования, вызванную вопрос о том, кто отец. Как он вообще мог сомневаться в том, кто отец моего будущего ребенка?! Это же выходит, он таким образом намекает мне, что подозревает меня в изменах? Мне пришлось приложить еще больше усилий, чтобы не упрекнуть его в подобных мыслях, ведь девушкой то я была до невозможности верной, да. Мало того, что я априори не видела смысла изменять тому, кого любишь, так у меня еще и желания даже такого не возникало, даже в мыслях не было, чтобы изменять ему!! Как вообще язык то поворачивается такое спрашивать? Ну да не будем кипятиться, поэтому я непонимающе похлопала ресницами, и самым что ни на есть невинным тоном спросила: - Чей отец, милый? Ты о чем? - я могла бы сразу выдать ему "ну как кто?! Ты, конечно же! Ты отец!!". Тем самым я бы избавила себя от мыслей, как сообщить ему радостную новость - во всяком случаи, я надеялась, что радостную... Вообще, парни по-разному на такое реагируют, но мой Ангел, он ведь любил детей, да.. Ах, и еще бы я избавила себя от терзаний, что пока что не готова я ему такое на блюдечке предоставлять - ну мало ли, как он отреагирует? как и любая залетевшая девушка я страшилась потенциальной реакции папочки. Но... Но, я прикусила губу, и не выдала ему этой фразы, а целомудренно решила дождаться ответа на свой вопрос. Может вообще проедем и замнем эту тему, а?

+1

5

За всем этим нашим содержательным диалогом я все же не упускал из виду то, что  вне зависимости от того, насколько меня одолевает любопытство, Иса остается МОЕЙ девушкой. Любимой и желанной девушкой.  К тому же, этот стол (как, впрочем, и любой другой одноименный предмет мебели) всегда нагонял на меня самые что ни на есть неприличные мысли. Всвязи с этим ручки мои вопреки словам, никак не связанным ни с чем "таким" (разве что косвенно) бесцеремонно путешествовали под одеждой итальянки. Да, это было  сильнее меня и даже сильнее моего любопытства.
  Но удивленный и возмущенный (?) вопрос Эстель явился для меня такой явной неожиданностью, что я даже остановил всяческие поползновения - пальцы мои так и замерли на лопатках итальянки. Ну не могло же, в самом деле, случиться так, что Эстель не знает того, о чем знаю я и о чем пронюхала вездесущая мисс Папарацци! Как-то это... неправильно? И неестественно.
- Эм... - я даже запнулся и засомневался - а не зря ли завел этот разговор? Хотя, конечно, достоверность информации если и подлежала сомнениям, то  очень малым - никогда раньше Папарацци нам  мне врал. - Ну, отец! Ребенка-то, - неуверенно пояснил я, сомневающийся скорее в том, что в зачатии вообще участвовал кто-то помимо Абреллы, чем в самом факте наличия у Руквуд беременности.
  Что-то такое промелькнуло во взгляде Эстель - едва-уловимое, но заставившее меня напрячься и вытащить руки из-под ее одежды - чтобы потом сцепить их замочком и в псевдо-молебном жесте поднести к губам - так я выражал свое смятение и задумчивость.
- Так. У меня странное ощущение, что мы не с того начали, - выпустив струю воздуха через сложенные трубочкой губы, с самым что ни на есть серьезным видом начал я, тоном, каким произносят "Дорогая, нам надо серьезно поговорить!". - Я... знаю, что, возможно, это вовсе не мое дело, но... сгласись, я не чужой человек, я - твой официальный молодой чепловек и, мне кажется, я хоть на воооот столечко, - в момент расцепив руки, я наглядно изобразил упомянутую величину указательным и большим пальцами. - имею право знать, чей это ребенок. Если Амбрелла попросила тебя ничего не говорить, то... ты мне скажи, а я - рот на замок! Прикинусь шлангом! - нет, что-то здесь не сросталось-не сходилось. И главным образом - эмоции на лице итальянки со всей ситуацией.
   И тут меня вдруг осенило, с чего нужно было начинать!
- Я знаю, что Амбрелла беременна, - добавил я после недолгой паузы, приобнимая Иску за плечи. Прозвучало это уже не с той уверенностью и убежденностью, с какой я вещал вначале. Это был даже скорее вопрнос "беременна ли Амбрелла вообще?". И если ответ, сколь маловероятным он бы ни казался, - "нет"... то что? То и тогда поведение моей итальянки несколько удивляет. Не могу объяснить, чем именно и почему - просто мое подсознание улавливало какие-то посылы, но расшифровать их я не мог. Я - такой я...

+1

6

Даже эти шаловливые ручки, блуждающие под тонкой тканью моей одежды и щекочущие кожу легкими приятными прикосновениями не могли свернуть мои мысли на другую, куда более заманчивую тропинку. Вовсе не потому, что я, скажем, охладела к нему и подобные провокационные действия больше не вызывали тех эмоций, что прежде и не имели больше той страшной силы на мою концентрацию и сосредоточенность которые разлетались в пух и прах за считанные минуты, не потому что стол был не вдохновляющим, а мысли юноши, работающие во вполне понятном направлении, надоели как осы в летнюю пору - нет, всему виной была тема, далеко не относящаяся к разряду тех, на которые можно просто махнуть рукой и забыть. Разъяснение ситуации прямо таки скажем не терпело отлагательств, безапелляционно.
Я снова ощущала себя героиней какой-то американской комедии, в которой главные герои запутаны напрочь в собственных словах и в делах элементарных, вызывая у зрителей, для которых ситуация яснее ясного и кажется нелепой, насмешки да усмешки. Все казалось проще паренной репы: Энжел откуда-то узнал, что я беременна, я - в свою очередь, как уже сказано, натурально беременна, отец ребенка - все тот же Энжел, который еще и смеет в этом сомневаться, а Амбрелла - Амбрелла она так, моя лучшая подруга, прыгает где-то рядом и из-за зашкаливающей заботы запирает меня на 33 замка. Однако, нам в очередной раз - в очередной раз!! - удалось заблудиться в трех соснах.
Решив отмолчаться, пока мой молодой человек высказывает свою точку зрения видения ситуации, я просто сверлила его взглядом, немного нахмурившись, отчего-то на переносице появилась морщинка, практически не моргала, и внимала каждому его слову, навострив ушки, готовая в каждую секунду внести свою лепту дабы направить ход его мыслей в верное русло. И как-то все не срасталось. Например, я никак не могла понять, для чего он убеждает меня в том, что он - не чужой человек, и в том что это значит что он имеет право знать, кто же отец ребенка. Нет, он издевается надо мной?! А то я сама не знаю, что он - не чужой человек! Честное слово, так бы и огрела сковородкой по голове, если бы не была занята очень сосредоточенным вниманием его словам. И с чего бы, скажите мне пожалуйста, Руквуд запретила бы мне говорить Энжелу о том, что ОН отец моего.. нет - НАШЕГО - ребенка? Я хотела было уже расставить все точки над i, сердито выдав, что все эти сомнения по поводу "чей ребенок, чей ребенок" - глубоко оскорбительны и все такое, но в отличии от меня самой, мой Ангел не поскупился и огрел меня по голове чем-то очень очень тяжелым.
- Погоди, притормози - я мотнула головой а-ля "бррр, что ты несеешь?" и приложила пальчик к его губам, чтобы тот замолчал и помолчал некоторое время, пока я соображаю, что к чему. - То есть как - Амбрелла беременна? - сбивчиво пробормотала я, чувствуя, как глазки мои расширяются до размера совиных. Да-да, я знаю, как глупо прозвучал этот вопрос, но... у меня просто в голове не укладывалось!! Я ведь только вчера ее видела, и еще вчера моя подруга была НЕ беременна, более того, еще вчера она была... Ну в общем, у нее даже парня не было еще вчера. - Ну то есть я имею ввиду... - тут я вовремя проглотила рвущееся наружу "она ТОЖЕ беременна?!", потому что ну не таким образом, натурально не таким нужно было обрушивать на него информацию о моем положении. - ...с чего ты взял, что она беременна?? - на выдохе наконец спросила я, ощущая облегчение: вот-вот мы должны были снова придти к согласию и заговорить на одном языке. Как только моя любовь пояснит мне, с чего бы на его ушках висели такие занятные басни.

+1

7

Раньше мне всегда казалось, что все разборки из мыльных опер - по большей части, бред сивой кобылы, высосанный из пальца. Сейчас я вдруг осознал, что это все - вполне реально, потому что та неразбериха, которая сейчас происходила в нашихъ с Ис словесных баталиях заслуживала первого места в хит-параде мысльнооперных шедевров.
  Надо полагатЬ, что на самом деле все предельно просто и лишь нечаянно недосказанные слова могли вызвать все это и привести к образованию паутинки из фактов. Вопрос Эстель многое поставил на свои места. И если после первых двых слов я успел предположить, что Руквуд, вероятно, просто не успела сказать, или не захотела этого сделать, то последний вопрос показал мне  ситуацию так, будто моя итальянка наверняка знает, что ничего подобного в жини Амбреллы не происходит. И  это, на удивление, никакого когнитивного диссонанса во мне не вызывало. Все логично, черт возьми! Нет мужика - нет беременности!
- Этот подлый сплетник Папарацци... или сплетница... - с видом ребенка, который только что узнал, что ни Деда Мороза, Ни Санта-Клауса и Йолло Пукки на самом деле не существует, а ему всю жизнь фиалки за уши совали, пояснил я. Все верно. Матрицы нет, есть только ложка. Санты нет ,есть только олени.  Беременности нет - есть только сплетня. - Вобщем, Амбрелла была поймана за покупкой пис-пис-теста. Ну, на беременность то естЬ, - бесхитростно добавил я, поражаясь тому, насколько простой и очевидной была разгадка ребуса. И что самое смешное - ведь не один я развесил уши перед этой "уткой"! Бедная Руквуд... Не будешь же теперь каждому встречному-поперечному разъяснять, откуда ноги растут у сего конфуза.
    Но, что самое интересное, на том логическая цепочка моих мыслей и закончила свое бренное существование! Мне как-то не пришло в голову даже поинтересоваться, а на кой ляд, в конце концов, Амбри нужен был этот тест? Впрочем, нет. Все же мельком я об этом подумал, но меня остудила мысль, что тесты иногда показывают и отрицательные результаты! (но опять же... зачем Амбрелле тест, если у нее нет мужика?)
  Но вобщем и вцелом я уже практически потерял интерес к кэтой теме. Нет залета - нет и темы, верно? Я уже было даже засобирался продолжить старую добрую традцию и в очередной раз подвергнуть стол испытаниям на прочность, но что-то меня  остановило. Или смутило? Или показалось необъяснимо подозрительным? Я замер, зыркнул влево толи в поисках ответов там, толи чтобы просто попытаться подумать о чем-то отвлеченном и тем самым поймать ускользающую мысль за хвост. Зыркнул вправо. И с нулевым результатом устремил свой задумчивоый взор сначала на маленький аккуратный носик, а затем и на глаза Эстель.
- Что? - коротко переспросил я так, словно от меня ожидали каких-то оправданий, а я ни в зуб ногой, о чем вообще речь. - Что-то не так?

+1

8

Ну конечно же! Все оказалось до невозможности просто и предсказуемо, что я даже рассмеялась, попутно взъерошив шевелюру блондина - как я могла забыть про вездесущего Папарацци, который вот уже сколько времени ставит на уши весь Сан-Франциско, вещая обо всем на свете в любое время дня и ночи! Как же я сразу не догадалась, где собака зарыта, ведь откуда еще, кроме как из этого блога, можно узнавать все самое новое и свеженькое, даже если оно не вполне соответствует действительно. На самом деле, заметки на той странички никогда не врали, и даже сейчас, как бы это ни было удивительно для всех, кто знает мою подругу - она действительно покупала тест на беременность, да. И конечно же, наша Королева не удержалась огласить об этом на весь белый свет - ну еще бы, такая новость, такая сплетня, девушка покупает тест, удивительно, парадоксально, сенсация!! Теперь для меня загадкой оставалось лишь одно: она не знала о истинной причине похода американки в аптеку, или же просто оставила подробности скрытыми под завесой тайны до поры до времени? Что-то мне подсказывало, что скорее второе, нежели первое... Теперь я знаю, как ощущает себя зайчик под прицелом мушки охотника.
- Любимый, ты когда-нибудь перестанешь читать этот мерзкий блог, который наверняка ведет какая-нибудь малолетка, подверженная пристрастию копаться в чужом белье? - кончиками пальцев, едва касаясь кожи, я медленно и плавно очертила линию его скулы, а улыбка, которая считанные секунды назад красовалась на моем лице, сменилась тем, что я закусила нижнюю губу и чуть склонила голову на бок, с поличным выдавая свою задумчивость. Это тот момент, когда за пару секунд ты пытаешься понять, как тебе лучше поступить дальше, пытаешься предугадать последующее развитие событий на пару шагов вперед, как в шахматах. Судя по всему, юноша уже утратил тот интерес к обсуждению написанного, а значит можно было просто уйти от темы, да и все. Но с другой стороны, я знала его любовь к чтению злосчастного блога, и потому опасалась что моя тайна - ну хорошо, не тайна, а то, о чем я пока не торопилась докладывать - всплывет раньше, чем я того хочу, и главное не тем образом, которым стоило бы. Будет неприятно нам обоим сразу: ему - потому что он узнает о таком с совершенно левой стороны, от человека которого даже ни разу в жизни не видел, а мне - потому что я доставлю Папарацци удовольствие в очередной раз покопаться в корзинке и выудить оттуда на людское обозрение что-то, по ее мнению, интересненькое. - Ды нет, все так, все верно - я пожала плечами, мол мне безразлично, что она там пишет, и я к этому не имею никакого отношения. Я просто пыталась придать своему голосу как можно более небрежную и ненавязчивую интонацию, будто бы ничего важного не происходило вовсе. - Она действительно покупала тест. Только не себе. - Я усмехнулась, потому что чувствовала себя так, будто глаголю элементарные вещи, которые все и без меня знают. Ну серьезно, он и без меня знал, что Амбрелла не может быть беременна, ну разве что, я не знаю.. ветром надуло? - А мне. - Ну все, "отступать некуда, позади Москва". Теперь я смотрела на него во все глаза, пытаясь предугадать его реакци, или прочесть ее предпосылки на самом равнем их проявлении - по морщинкам там, по взгляду.

+1

9

Нет, я никогда не перестану читать блог Папарацци. Потому что это в купе с коммиксами - единственное чтиво, регулярно попадающее в мой мозг. Кажется, без него я отупею вкрай, потому что последней книжкой, которую я читал, была, кажется, "Чиполлино". Да и то, не я читал, а Аарон - вслух. Запинаясь. Когда отрабатывал технику чтения. К тому же, любопытство - оно такое любопытство! Оно сильнее меня, укладывает на лопатки даже тогда, когда я безперспективно пытаюсь барахтаться и отбиваться! Словом, в ответ на этот риторический вопрос я лишь решительно мотнул головой - мне было категорически похер, кто там пишет этот блог! Да хоть сам Усама бен Ладен, главное, что освещает все основные события и позволяет быть в курсе, кто, где, с кем и сколько раз. Правда, меня несколько расстраивало, что мишенью мог (и не раз становился я сам), однако же с другой стороны, это меня в определенной степени и радовало - ну знаете, популярность.... хотя и эфемерная... Но приятно знать, что кто-то незнакомый, увидев тебя в толпе, сможет ткнуть пальцем и сказать - О, да это же Энжел! Впрочем, я был бы более счастлив, если бы тыкали пальцем и радостно восклицали "О, это же Энжел из бойз-бэнда "Тут Может быть Ваша реклама или Какое-то Охеренное название".
    Мне на какое-то мгновение показалось, что Иса выглядит так, будто я застал ее врасплох. Ну в самом деле - я же ничего такого не спрашивал, чего вдруг? Но её пальчики, ловко скользящие по моему лицу сделали свое дело - я вконец потерял всякую бдительность и готов был блаженно замурлыкать, положив на все посторонние мысли. И точно вам говорю, я бы это сделал, если бы Эстель не вернулась к теме, которую, как мне казалось, мы закрыли - к тесту на беременность.
  - А, ну ясно, чо, - на автомате пожал плечами я - так, как делаю всегда, когда получаю информацию, но еще не успеваю осознать сказанное. Я уже даже подался головой вперед, чтобы уткнуться макушкой в шею Эстель и заклеймить поцелуями её ключицы, как вдруг смысл её слов лениво дополз до раздела мозга "воспринять и отреагировать". - А... то есть, тест нужен был тебе, да? Ну... Что, бывает, в принципе, - я шкодливо захихикал, намекая на то, что бывает это у нас достаточно часто, да, потому, в принципе и немудрено, что она могла заразиться подозрениями.
  Вы думаете, если я люблю детей и у меня есть сын, я двадцать четыре часа в сутки готов услышать от своей любимой девушки "Я беременна"? Да херушки! Это всегда, как в первый раз. Наверное. Хотя я, конечно, еще ничего такого не услышал, но уже на автомате включил защитную реакцию своего организма - шутки-прибаутки, за которыми привык прятать растерянность. Таков мой жизненный принцип - если не знаешь, что ты чувствуешь, смейся. Уникальный и безпроигрышный вариант, который можно интерпретировать совершенно по-разному.
  Кажется, я должен был сейчас спросить "И каковы результаты". Но не спрашивал. Просто молча пялился на Эстель безо всякого выражения на своем лице.

+1

10

Хотела бы я посмотреть, хотя бы одним глазком и хотя бы на долю секундочки, на того мужчину, который при упоминании возможности весьма интересных обстоятельст (все поняли каких именно), пустился бы в пляс. Отбил бы чечетку, скажем, или сбацал бы цыганочку с выходом, ну или хотя бы поджига-дрыгал бы. В общем, хотела бы я глянуть на ту особь мужского пола, которая с радостью по восприняла намек о возможном залете - да-да, именно залете, иначе и назвать нельзя. Я бы, наверное, тот час же вызвала бы бригаду и сдала бы особь с подобным поведением, весьма и весьма странным, куда полагается, подальше от нормального общества. Но такой мужчина - зверек на столь редкий, что его даже по каналу Дискавери не показывают. Шифруется, гад, не хочет, видимо, чтоб его под белы рученьки да в смирительную рубашечку, да на кушеточку в белые стены.
Я, конечно же, не ждала ничего подобного - ни цыганочки с выходом, ни троекратного "ура" на всю Ивановскую - от своего благоверного, но, по-крайней мере проявление хоть какой-то заинтересованности в складывающейся ситуации и вопроса о результате весьма любопытного теста, я все же имела смелость ожидать. Ну ну ну хотя бы кааапельку интереса, кааапельку любопытства, и один простой вопрос, который можно выразить даже одной буквой алфавита ("иии?"). Ну хотя бы чего-нибудь, что дало бы мне стимул говорить дальше, а не загнало бы меня в угол, как это делало его тупое молчание и ничего не выражающий взгляд! Да даже реакция в духе "черт возьми, какого хрена?!" была бы куда лучше, чем то, что я видела сейчас! Ну да, эмоции, какие-бы то ни были, положительные или отрицательные (а первых в любом случаи ожидать было глупо), они все лучше, чем вообще ничего, чем отсутствие оных в принципе. Вот Амбрелла - она отреагировала! Пусть отрицательно, пусть не так, как мне хотелось бы, но отреагировала! И это, оказывается, так круто, на самом деле, даже если меня и расстроило малость. А может, может у него шок случился, а? Ну такой, знаете, от которого цепенеешь сразу и кровь застывает в жилах, превращая тебя в восковую фигуру, не способную ни то, чтобы какой-нибудь звук вопроизвести, а не способную даже вдохнуть и выдохнуть. Леденящий такой шок, ужас буквально. Но Энжел, он вроде никогда не отличался такой уж особо нежной психикой и сверхъестественной ранимостью, чтобы ТАК шокироваться, так что сей вариант был отметен в сторону.
Так вот и сидели: он глазеет на меня, я на него. Оба молчим, словно язык проглотили. В моей голове - столпотворение из мыслей как теперь выкручиваться, говорить или не говорить, молчать или что-то ляпнуть, зачем вообще этот разговор начала (хотя, стоп, начала то его не я!) и зачем продолжила, а в его голове - а вот не знаю, что там. Я конечно была наслышана о том, что рассказать народную сказку, передающуюся из уст в уста, под названием "милый, я беременна" своей пассии сложно - ну там смятение, не знание, все такое - но чтоб на столько!! ей-богу, как-будто от моих слов свершится конец света.
"Господи, и как другие девушки это делают?? Хотя, может на них не смотрят таким вот взглядом...". Таким - под которым теряются любые способности к речи и от которого провалиться под землю хочется, потому что этот взгляд не выражает ровно ничего.
Я хотела было уже махнуть рукой и сказать мол ладно, проехали, Амбрелла беременна - хорошая шутка, правда? Но в последний момент я решила, что повторного такого вот разговора мои нервы просто-напросто не выдержат. - Ам... - неуверенно начала я, немного пожевала губу, а затем продолжила - О результате тебе лучше пока не говорить, да? - это такой вопрос-обманка, который мягко стелет, а падать все равно неприятно. Ты вроде бы даешь ему надежду на то, что вариантов ответа по-прежнему два, но с другой стороны, убиваешь один из них явной нелогичностью. Будь результат отрицательным, сомневалась ли бы я в его оглашении, и разве не поспешила бы заверить его в том, что все круто и нет повода трезвонить в колокол?

+1

11

Наверное, тот момент, когда мужчина узнает о предстоящем отцовстве, ооочень близок к тому, как об этом узнает сама девушка. Вот правда. Вы бы никогда, наверное, не провели такое сравнение, правда? Ведь женщине куда ближе все эти процессы, да и в ее организме происходят изменения, и в ее крови бушуют гормоны, управляя настроением и мыслями, как опытный кукловод... Ошибаетесь. Уверен, что  в своих реакциях мы ОЧЕНЬ схожи. Точно так, как девушка, узнав о будущем ребенке, сначала теряется, не зная, радоваться ли ей или плакать (ну разумеется, мы не берем в расчет те случаи, когда это - ожидаемо, когда это - конечный результат, которого так долго добивались), несколько минут находится в ступоре, приводя в порядок мысли и чувства, анализирует, оценивает ситуацию и лишь потом выдает либо счастливую улыбку, либо истеричное: "ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫЫЫТЬ" с соответствующим таким подвыванием - душевным, искренним, скорбным.
  Вот и я. Я не морозился. Мне не было плевать. Я просто не знал, что я сейчас чувствую. Но я быстро понял, что отсутствие ощущения, что на меня сверху упал кирпич или лавина - это как минимум признак того, что я не растроен. Смотрим далее. Равнодушие. Может ли быть равнодушие в моем случае в принципе, если я уж такой человек, что обрадуюсь даже выигрышу в лотерею соседу с одиннадцатого этажа дома напротив. Дома напротив тому дому, где живет мой приятель. Которого я не видел со школы. И имя которого точно не вспомню. Я априори не могу быть равнодушным, потому что это - качество мне неведомое и непонятное. Значит остается третье - я рад.
  Впрочем, стоп, давайте все же вернемся к реальности - ведь Эстель еще даже не сказала, каков был результат! Но знаете... уж не могу сказать наверняка, каким органом я это ощущал - задницей ли, лопатками, печенью или чем другим... А может даже примитивная логика, доступная даже блондинам вроде меня подсказывала, но я уже был уверен в том самом результате без слов "Милый, я беременна". Так что теперь мы снова можем вернуться к моим чувствам.
  Еще несколько секунд ступора после её вопроса, который был подтверждающей печатью на моих выводах, и я понял! Я понял, что я рад! Нет, я правда рад! Я не буду выдавать вымученную улыбку, как это делают мужчины, чтобы сделать вид, будто их это обрадовало - чисто из желания не расстраивать и без того растерянную пассию. ХОтя нет, я не был рад. Я БЫЛ СЧАСТЛИВ! Я был счастлив, потому что я знаю... я знаю, каково это  - видеть в ком-то часть себя, смотреть на маленькое бесформенное нечто, которое всем кажется сморщенным красным комочком, издающим непонятные писки, и понимать, что у него - твои глаза или подбородок. Я знаю, каково это, когда крооохотная ручка хватает тебя за палец и ты чувствуешь себя большим и сильным защитником ЭТОГО маленького счастья.
   Улыбка на моем лице появлялась медленно и вдумчиво. Осознанно. Словно она была - отдельным от меня механизмом под кодовым названием "Кот Чеширский" и могла являть себя отдельно от тела, когда ей заблагорассудится. Когда мне казалось, что она уже достаточно счастливая и многовыражающая, губы продолжали расползаться в стороны, натягивая кожу, почти болезненно напрягая скулы, обнажая зубы. Я сотни раз видел, как горят глаза.  А сейчас я ЧУВСТВОВАЛ, как горят мои, словно их блеск был буквальной огненной искрой.
  - У неё будут твои ямочки на щеках, - доверительно шепнул Исе я, прижимая её голову к своей груди.

+1

12

Взволнованным взглядом вглядываясь в его глаза, с трепещущим сердцем, я ожидала наконец хоть чего-нибудь с его стороны. Равнодушие - это так не в его стиле, значит его молчание было лишь признаком того, что ему нужно осознать, переварить, воспринять, прежде чем реагировать - чтоб не с реагировать неправильно. Но это жутко - ждать. И пусть, по сути, речь шла на каких-то секундах или минутках, мне это время казалось вечностью.
После вчерашней ссоры с Руквуд, после того концерта, который она мне закатила, вместо того чтобы просто разделить мою радость, мне казалось, что мне уже ничего не страшно. Что я смогу принять любую его реакцию, любые его слова или жесты в ответ, что ничего не может быть уже хуже того, что наговорила мне вчера моя лучшая подруга. О, как я ошибалась! Если еще вчера я была уверенна, что смогу достойно принять любые его слова, то сейчас я остро нуждалась в поддержке. Нет, не просто в поддержке, мне ведь не нужны были одолжения, остро нуждалась в том, чтобы он почувствовал тоже самое, что и я! Чтобы то, что он почувствовал, было не просто радостью за ребенка в принципе а-ля "ну а чо, детей-то я люблю", а радостью именно за то, что это _наш_ ребенок. Его и мой, наша общая кровь. Это было необходимо, как воздух, ведь я всегда мечтала именно о таком - о гармонии, любви, и взаимопонимании.
С огромным трудом я подавила порыв небрежным жестом отправить свои ручки в шаловливое путешествие под его футболку, порыв, навеянный нервным напряжением и страхом не увидеть ничего положительного, и вознагражденим за героизм, мужество, и стойкость мне стала появившеяся на его лице улыбка. Вы знаете, не такая, как прежде. Не шкодливая, и не хитрая, не улыбка, которая появляться в предвкушении чего-то захватыющего и нереального, а такая, у которой есть глубокий смысл. Которая дополнена этим блеском в глазах, и которая означает лишь одно - то, что мои тайные желания и надежды становились явью. Словно отражение в зеркале, мои губы тоже растянулись в улыбке. Я, пожалуй, никогда не видела Энжела таким вот. Ну, таким вот... Взрослым? Без дурашливости, с коей он обычно принимал все новости, особенно в той или иной степени шокирующие, без подколов и подшучиваний, а с искренней - поистине искренней! - улыбкой на лице. Если и бывает абсолютно счастье, то мое настало сейчас, в этот момент, в эту самую секунду. По всему параметрам, на тысячу процентов, без каких либо более вариантов, я была счастлива! Говорите, подобное только в фильмах бывает? Ну так завидуйте тогда, но чур белой завистью. Кстати, интересно, чему именно радовался Энжи - тому, что он теперь будет дважды отцом, тому, что я рада что у меня будет ребенок, или же он радовался за _нас_? Правда, меня саму настолько захлестывали самые счастливые и самые нежным чувства, что эта мысль и это "интересно" не успели пустить корни и развить свою демагогию.
- Или у него, - пробормотала я Ангелу в ответ, обхватывая его своими ручонками и крепко-крепко обнимая, ощущая себя как никогда хорошо и уютно, чувствуя себя защищенной и веря, что он всегда будет рядом. - Мои ямочки, и твои глаза. - Я не была из тех девушек, которые любят размусоливать на тему "а вот я хочу девочку, а я хочу мальчика". Мне казалось, что я даже не буду задаваться этим вопросом - мальчик у нас будет, или девочка, потому что, так ли это важно? Ребенок, свой, родной, он в любом случаи - и свой, и родной, и любимый. Но вот что касается глаз... Пусть я буду до невозможности банальной, но это была голубая мечта - чтобы у моего ребенка были глаза моего Энжела. - Я так рада, что... - что ты не закатил мне истерик и отреагировал ровно так, как отреагировал - ...что все так. - Довольно зажмурившись, я, словно маленький ребенок, потерлась носом о его грудь, к которой была склонена в столь милом и нежном жесте. - А вот Амбрелла мне вчера концерт устроила, представляешь? - Ни, я не жаловалась. Мне просто нравилось рассказывать ему о своей жизни.

+1

13

Нет, все-таки это было совершенно иначе, чем тогда, в первый раз. Может быть, оттого, что происходили два эти схожи события с разницей в четыре года - четыре года, за которые я успел повзрослеть и стать немножечко другим? Черта-с два! Мою распиздяйскую сущность исправить не способно ровным счетом ничего... Нет, видимо, дело было в другом.
  Почему вместо присущего мне "Ха, прикольно! Я буду отцом!" я ощущал тихое, гордое "У НАС будет ребенок"? Вы обратили внимание на ключевые слова - "я" и "нас"? Вот в этом было существенное различие.  Это был не просто мой ребенок, а н-а-ш общий! Наш с Эстель! Когда двоих людей связывают чувства - это, несомненно, здорово, но только когда появляется третье человеческое существо, люди в полном смысле слова становятся частичкой друг друга. Это то общее, что всегда будет их объединять. И теперь у нас с Эстель это было! Подумать только! Еще месяц назад мне не хватало наглости и духу даже допустить мысль о взаимности, а сейчас... Меня переполняло изнутри особым чувством - на самом деле безграничным, потому что оно не просто растекалось по рукам, ногам, позвоночнику и достигало мозга; не просто сдавливало все изнутри, заставляя чувствовать себя раздутым до предела воздушным шариком на пороге фееричного "бама"; оно буквально перло из меня и, готов посморить! - Иса обязана была ощутить на себе эти мои флюиды нежногсти, атакующие ее сознание. Кажется, даже если бы под сердцем итальянки паразитировала целая футбольная команда, мне бы на всех их хватило любви и нежности!
  В неосознанном, инстинктивном жесте моя рука опустилась вниз, к животику Эстель - ровно такому же, как всегда - плоскому, подтянутому. Но я-то знал, что теперь он отделяет меня от нашего маленького чуда! Знаете, для меня нет разницы, сейчас или потом - через девять месяцев. Для меня оно уже существовало, дышало понимало и жило. Я на несколько секунд закрыл глаза, словно это помогало мне прислушиваться к происходящему там внутри процессу.
- Амбрелла? - переспросил я, резко распахнув глаза и вернувшись в этот мир, "по эту сторону" Эстель. - Ай-ай-ай, негодяйка! - наигранно пожурил "за глаза" подругу моей девушки я. - Ну ничего. Потом, когда она будет выпрашивать "Дай подержу ее на ручках", мы припомним ей, правда? Или... - я вдруг задумчиво закусил губу - в конце-концов, а чего я вдруг решил ,что концерт - в плохом смысле слова? А может она цыганочку с выходом от счастья сплясала и букетами роз мою Ису закидала? -  Вобщем, неважно. Мне кажется, она просто еще не осознала нашего счастья. Или завидует, не знаю... -  ну да, мы с Руквуд как-то не шибко дружили. Возможно, я воспринимал её, как потенциального врага потому, что она все время раньше пыталась оградить Ису от меня. А может быть, у нас с ней была взаимная ревность, потому что делили мы, как никак, одного человечка...
  Даже не знаю, отчего я два раза, говоря о ребенке, применил женский род - каким-то интуитивным чутьем я распознал, что это девочка. Вот девчонка - и хоть убейте! Не потому, что у меня был Сэмми и по теории вероятности так выходило...  Просто это было одно из тех необъяснимых ощущений, которые мы называем шестым чувством, но которые я приписываю одному весьма интересному многофункциональному месту.

Отредактировано Angel Galaher (2012-04-06 05:02:47)

+1

14

Everything is perfectly perfect now. "Так не бывает!" - скажет один, "глупости все это" - отмахнется другой, "да-да, не бывает, выброси глупости из головы" - поддакнет третий. Но, наверное, я была такой по своей натуре - склонной к идеализации и любительницей жить и наслаждаться настоящим моментом, а не заглядывать в прошлое на каждом шаге и не задумываться о будущем через каждую секунду (не то, чтобы я никогда не планировала свою жизнь - нет, это другое. В хорошие моменты я предпочитала именно наслаждаться тем, что имею в настоящий момент, и не подпускать мыслей о том, что в следующую минуту всего этого возможно уже не будет. Вот именно! Возможно этого не будет через какое-то ничтожно короткое время, и как можно потратить драгоценные секунды на заведомые стенания вместо того, чтобы просто наслаждаться и жить, жить этими редчайшими секундами, этим моментом! Это было мое, я не умела иначе, пусть и часто подобное приносило не мало разочарований. А момент... Момент был идеальнее некуда. Сейчас все было идеально, абсолютно! Все, чего я хотела, все, о чем я могла мечтать! Я люблю, безумно люблю, настолько, что кажется всем этим чувствам будет мало нашей Вселенной, и я любима. И у меня будет ребенок от любимого человека, вы только подумайте, у нас будет свое маленькое чудо! И мы оба этому раду, оба счастливо таращимся друг на друга и наслаждаемся повисшей в воздухе гармонией. И плевать, что там, за пределами этого сладкого омута, все далеко не так сладко, как кажется: плевать на то, что мне всего девятнадцать лет, а я уже добровольно хочу повесить на себя воспитание ребенка, плевать, что я понимаю что наши отношения с Энжелом еще весьма и весьма хрупки (на самом деле, в глубине души я понимала даже то, что Амбрелла, черт возьми, права - слишком он легкомысленный и, наверное, ненадежный, и что с ним едва ли получится та гармоничная и крепкая семья, о которой я всегда грезила, зная-то его отношение к браку - но могла ли я думать об этом?! Я слишком сильно любила его, и поэтому он априори попадал под идеализацию, а Амбрелла - под рявканья и не желания даже разговаривать на тему, что когда-нибудь я останусь одна, без собственно самого Энжела, с ребенком на руках), плевать было на то, что сейчас я едва ли могу наивно надеяться, что так будет всегда, что до конца своей жизни я останусь такой же счастливой, что мы с Ангелом проживем долгую и счастливую жизнь душа в душу, да по-большей части, СЕЙЧАС было плевать НА ВСЕ. Я не хотела выбираться из этой сладости и думать, что все поворачивается отнюдь не так, как я мечтала - сейчас мне казалось, что все просто идеальнее идеального. Плевать было даже на то, что отношения с лучшей подругой у нас натянутые со вчерашнего дня. Видите разницу? Все это, конечно же, было важно в принципе, в целом... Но сейчас? Ни в коем разе, ни одна из перечисленных деталей не имела значения. Сейчас я была слишком счастлива, чтобы самовольно разрушать это состояние.
- Да, припомним. - с улыбкой проворковала я, умилясь сему неимоверно нежному жесту - по сути, непонятному и в большей степени неосознанному, но я сама вчера практически весь вечер провела с ладошкой на животе, и была готова покляться, что я уже чувствую новую жизнь внутри себя. Честно, я готова была расстаять, как пломбир, на столько это было мило с его стороны! Но боюсь, бесформенная лужица, коей был риск стать после таяния, будет не особо вдохновляющей и привлекательной для моего возлюбленного... Так что, есть стимул держать себя в твердом состоянии! - Не знаю я, почему она себя так ведет. Да и неважно, пусть подуется, в конце концов, если ей так хочется - нет, конечно это было важно. Мне было важно знать, что у меня есть ее поддержка. Но я наверно плохая подруга? Когда рядом был Энжи - в приоритете находился только он, все остальное отходило на второй план. - Важно то, что мы сейчас вдвоем, то что мы счастливы, и то что я тебя люблю - вот это важно. - Заключив его лицо в свои ладошки, я притянула его к себе и оставила на губах легкий поцелуй. А потом еще один, а за ним - еще один.

0

15

Нет, мне было решительно непонятно, отчего наш с Исой маленький праздник вызвал такой отрицательный резонанс в душе Амбреллы. Я бы еще понял, если бы, скажем, мы с ней встречались, а от меня залетела Иса и я по-шустрому дислоцировался бы к будущей матери ребенка, оставив в прошлом Руквуд. Или, к примеру, если бы я действительно изломал бы жизнь ее подруге до неузнаваемости - но увольте, как можно изломать жизнь РЕБЕНКОМ? Я бы еще понял, если бы мы жили в беспробудной нищете, едва сводили концы с концами, а я бы, ко всему прочему, прикладывался к бутылке и вообще, неделями пропадал бы в казино, проигрывая те скудные пожитки, которыми был "богат". Или, еще красочнее, если бы я был болен какой-нибудь гадкой шнягой, о которой даже вслух упоминать не хочется из суеверной боязни приятнуть на себя это несчастье одной только силой слова.
  Но в конце-концов! Я любил Ису. Она любила меня. Я любил детей и умел на пять с плюсом управляться с этими маленьким засранцами! Да, пусть я во многом был еще сам ребенком, но уж лет за восемь (к тому моменту, как понадобится моя твердая мужская рука как никогда раньше), я наверняка должен повзрослеть! А если не повзрослею... Что ж, тогда я буду самым охеренным папашей в рейтинге молодняка - я буду дурачиться и влипать вместе с отпрыском. Забавно, но такой вариант привлекал меня даже больше всех других.
  Еще один мой плюс - у меня отличный генофонд! А что, нет? У меня голубые глаза, красивый нос с аристократической горбинкой, красивые губы. Да я вообще красавец! И главное - скромный...
   А еще я талантлив, и будет здорово, если наша дочь (ну не могу я отвязаться от мысли, что это девочка, и все тут!) тоже с пеленок начнет проявлять унаследованную от меня тягу к музыке.
   Плюс ко всему, у меня ЧЕТВЕРО братьев и сестер и просто ошизенные родители. Вы вообще представляете себе это скопище любвеобильных Галахеров?! Да наша с Исой дочь вообще будет самой счастливой крохой во вселенной!
   На сей позитивной ноте я молчаливо согласился со словами Либерти - действительно, пусть Руквуд свыкнется с этой мыслью, привыкнет к тому, что скоро она станет... эм... Нет, матерью станет сама итальянка, а Руквуд станет всего лишь подругой молодой мамочки. Подругой, которая волнуется больше всех нас вместе взятых!
- Эй неееет, - хитро сощурившись, протянул я, осторожно высвобождаясь от сладких поцелуев моей девочки. - Теперь мы ВТРОЕМ, но это никак не отменяет того, что мы счастливы!
  Вспоминаю о своем первоначальном намерении и запускаю одну свою ладошку под одежду Исы:
- Обожаю тебя, - взамен так и рвущимся по логике вещей "я тебя тоже люблю", мурлычу я в самые губы Либерти - будто бы так она может ощутить эти слова на вкус и почувствовать их легкой щекоткой на своей коже.

+1

16

Теперь, когда все точки над i были расставлены, а с души моей скатился огромный камень (все-таки мысль о том, что мне нужно сказать Галахеру о его предстоящем очередном отцовстве, и главное мысль о том, как это сделать, меня тяготила) - можно было более ни о чем не думать, и наконец в полной мере насладиться красотой ситуации: я, он, дофига влюбленные-вдохновленные-счастливые, все такие на возвышенных нежных чувствах, одним в пустом доме, вдвоем, наедине... Ну хорошо, так-то нас трое, как уточнил блондин, но третий пока что не в той кондиции, которую можно брать в расчет, поэтому с вашего позволения - нас таки двое, он и я. И теперь, когда ничего больше не висит грузом и не заостряет на себе внимание, сложно было не обратить внимание на прикосновение его ладошки, вновь нырнувшей под легкую ткань моей одежды так же как сложно было вновь не поймать себя на мысли о том, что мне всегда будет его мало, во всех смыслах этого слова. Что он всегда будет желанным, родным, и любимым, всегда и везде, вне зависимости от времени и места, а так же от температуры воздуха и осадков. Что всегда будет мало взглядов, слов, прикосновений и поцелуев - легких, или будоражащих кровь, и просто времени, которое мы проводим вместе. Хотя, возможно конечно, что это все - максимализм влюбленность, и что если мы проживем долгую жизнь в обществе друг друга, то под старость лет я может быть запою по-другому, но, я вас умоляю, когда такое будет, и будет ли вообще! Сейчас есть то, что есть: он мне нужен всегда и везде, целиком и полностью, весь и без остатка. Сейчас - сейчас мы молоды, влюбленны, счастливы, и поэтому ни о чем другом, кроме как о нем, о нем, и снова о нем я думать не хотела. Не хотела даже думать о возможности думать о чем-то другом!
Это знаете, такая ситуация, которую можно ознаменовать только так: "You. Me. bed Table. Here. NOW!"* Честное пионерское, я не виноватая в том, что поддаюсь на такие провокации! Это все дурное влияние моего молодого человека, который является любителем кухонных столов, стиральных машин, раковин в общественных туалетах, а так же скрипучей койки бабушки Нюры в соседнем селе и прочих тому подобных мест. С кем поведешься, как говорится...
- Мой хороший... - прошептала я ему в ответ (упиваясь, особенно, словом "мой" и давая собственничеству немножко поликовать) и самым кончиком языка, словно дразня его в ответ на щекочущий кожу шепот, провела по его губам, затем легонько дунула на оставшийся влажный след и попутно обвила его своими ножками, заключая его себе в плен (и опять же, давая самой себе немножечко поликовать). - А еще важно - сцепив пальчики на его футболке, я притянула его к себе, и доверительно, в самое ушко, поведала ему "страшную тайну" - то, что Амбрелла вернется очень не скоро, ммм - а затем оставила на его шее пару поцелуев, попутно вдыхая любимый аромат (и я даже имею ввиду не запах туалетной воды, а именно Его запах. У каждого человека на коже есть такой, и возможно в той или иной степени является привлекающим фактором, когда мы влюбляемся). Ну а даже если и скоро вернется, кого это волнует? Я же уже сказала: you, me, table, now и пусть весь мир подождет.

+1

17

Для меня не было ничего ненормального в том, что все наши разговоры (ну, или почти все... разговор в больнице не в счет) сводились к одному - к тому, что мы будто бы ставили печать под ними, подтверждали и закрепляли все сказанное неким ритуалом - древним, как этот мир, ибо без него этого самого мира и не было бы! Независимо от того, где мы находились. Независимо от того, кто был вокруг. Достаточно было лишь трех составляющих - меня, Исы и хоть какой-нибудь поверхности. Да и то, не будь в нашем распоряжении каких-нибудь точек опоры типа стола, тумбы или любой другой плоскости, мы бы довольствовались полом, потому как почва под ногами есть решительно всегда (с чисто физической точки зрения. С эмоциональной - мы уже давно порхаем где-то "там", далеко от реальности...).
  - А еще важно, что мне плевать, когда вернется Амбрелла, будь она хоть за тонкой стенкой в комнате, - сбиваясь и запинаясь на каждом слове (а вы как думали! Чай не шубу в трусы заправляем!), мурлычу я, отзываясь на все поползновения любимой итальянки учащающимся дыханием, заставляющим грудную клетку живописно вздыматься, и дотягиваюсь пальцами до краев её одежды - чтобы после того, как достигну этой незначительной цели, приступить к другой важной миссии - "снять одежду за несколько секунд".
  Нет, в этом мире нет ничего прекраснее моей девочки! Все остальные рядом с ней кажутся какими-то нескладными, "не такими", с кучей режущих глаз изъянов. Нет, я, конечно, не зациклен на внешнем лоске и оболочке, за которой, порой, ничего нет, просто МОЯ девочка была идеальной квинтэссенцией всего прекрасного, что может быть в женщине. (И если я вдруг окажусь в столь пикантном положении с другой барышней, то лишь для того, чтобы убедиться еще раз - МОЯ итальянка лучше!) Страсть, женственность, возможно, некая толика напускной робости, которую мы, мужчины, так любим раз за разом преодолевать, и плавные, до невозможности будоражащие воображение линии тела, очерчивающие её силуэт.
   Я так жадно по ним путешествовал, будто эдакое сокровище попало в мои лапищи впервые, и я спешил не упустить свой шанс познать осязанием все доступные мне горизонты. Буквально зарываюсь головой в её ключицы, теряюсь губами в ложбинке между грудей и абсолютно неконтролируемо, неожиданно для самого себя, даю выход охотничьему инстинкту - пускаю в ходу зубы, которые тутже избирают своей мишенью один из заманчиво/провоцирующе топорщащихся темно-розовых сосков, издавая при этом невнятное нечто - среднее между "рррр" и "мммм".
  Я так тороплюсь избавить себя и её от лишней одежды не потому, что хочу сделать все наспех, просто удовлетворить свои инстинктивные желание и продолжить радоваться солнечному дню. Просто я не могу терпеть. Не могу - и всё. И пусть человек - это не животное, у него есть сила воли и прочее... Вы расскажите об этом человеку, не видившему воду несколько дней, который сбил в кровь ноги в пустыне, когда перед ним струится ключевая вода в неограниченных количествах! Да, свою "воду" я видел не столь редко (господи, какое счастье, что порывы наши удивительно совпадают друг с другом, потому что секс я люблю почти также, как музыку и Ису), но в данный конкретный момент жажду испытывал самую что ни на есть неистовую и не терпящую отлагательств в удовлетворении.
   Ох уж этот стол! Да вы посмотрите - его конструировали прямо под меня! Идеальная форма, идеальный размер! Удобнее места я не знавал в своей жизни! Уверен, если мы с Исой когда-нибудь (WTF?!?!) будем жить вместе, этот стол всегда будет с нами. Даже если поедем путешествовать - я заберу его с собой! Потому что стол - это хорошо.
  И вообще - просто хорошо. Сейчас хорошо. Вот так хорошо. И вот так... А вот так - так просто:
- АААААА ЧЕЕЕЕЕЕРТ!  - нет, ничего не случилось, просто мне ТАК офигенно, что эдакая бессмыслица рвется у меня отовсюду. В ушах звенит, гортань выбрасывает звуки, сердце качает немыслимыми темпами кровь, а мышцы, напрягаясь раз за разом, отдают тепло, которое проступает испариной на лбу, шее, ключицах, животе...

Отредактировано Angel Galaher (2012-04-14 08:35:46)

+1

18

- Да, это действительно важно - рассмеялась я в ответ на его реплику про Амбреллу и влепила себе мысленный пинок за то, что вообще слишком часто пускаю эту дамочку в свои мысли. Она мне, понимаешь, жизнь сломать пытается (правда, на эти ее попытки у нас с ней были разные взгляды), а я еще имею смелость о ней думать. В общем, мысли об этой даме были отправлены в черный ящик, у меня было дело поважнее и это просто вверх наглости уделять сейчас внимание чему-то еще, кроме как желанному человеку!
Кто-то скажет, что это невозможно и ненормально, ТАК постоянно желать друг друга. Кто-то скажет, что это помешательство. Да, скорее всего, это и есть оно - помешательство друг на друге, когда желаешь только одного, когда думаешь только об одном, когда для полного счастья нужно только одно: любимый человек. И нет в этом ничего ненормального, я так и вовсе была уверена, что подобную стадию несгорающей и неперегорающей страсти проходит каждая пара; и да, это возможно - возможно раз за разом упиваться его запахом, наслаждаться, как в первый раз, его прикосновениями, желать его всего без остатка, изучать и запоминать, снова и снова, каждый миллиметр.
Порой мне казалось, что мы будто бы проверяли друг друга. Проверяли, на сколько нас хватит, проверяли, когда настанет тот предел на котором наша тяга друг к другу охладеет и мы сможем стойко переносить такие вот провокационные ситуации. Но, естественно, запасы страсти, для которой нужен порой всего один дерзкий взгляд, чтобы она разыгралась, казались неиссякаемыми. Скажете, что это неприлично и не правильно, вот так набрасываться друг на друга, не разбирая времени и места? Да говорите что вам будет угодно, нас не волновало ничего больше, кроме друг друга, а желания и мысли у нас обоих, слава богу, пока что идеально сходились и гармонично спевались. И плевать нам было на все, мы не могли устоять друг перед другом!
Я не могла устоять перед ним. С каждой секундой желание заполучить еще больше - еще больше его поцелуев, еще больше собственных, которыми я осыпала его лицо, шею, торс, еще больше разгоряченности, еще больше страсти и огня, ЕЩЕ БОЛЬШЕ ЕГО - становилось только сильнее. Знакомо вам чувство, когда после жажды ты прикладываешься к бутылке с водой и пьешь, пьешь, пьешь, не можешь остановиться, и вместо этого хочешь еще и еще? Или когда после голода, получив порцию аппетитной еды, она кажется тебе ничтожно маленькой и ты требуешь добавки и все равно тебе будет мало. Вот это примерно тоже самое, хоть "жаждой" и "голодом" мы не страдали, но все равно это было так - с каждым оставленым на его коже поцелуем оторваться от него было невозможно.
Можно было кричать в голос, или издавать любые другие звуки, вторя ему. Можно было шептать ему слова, в смысл и содержательность которых не было надобности вслушиваться и вдумываться, шептать их или говорить в голос. Можно было запрокидывать назад голову, пытаясь ухватить в легкие побольше воздуха, и требовать от него еще больше его, еще больше и еще ближе. Ведь если робость, приукрашенная смущением, еще и осталась, то была она только напускной и дразнящей.
Рассмеявшись в ответ на его рык, я перестала блуждать губами по его плечу, до которого добралась проложив дорожку от скулы и через шею, и немного отстранилась - ровно на столько, чтобы заглянуть в его голубые глаза. - Зачем ты... - о, эти подлые глаза! Подлые глаза подлого человека! В хорошем, конечно же, смысле. -..ммм, зачем ты так сводишь с ума? ммм?

+1

19

Меня раздражает эта путающаяся в ногах наша одежда и я яростно отправляю ее фирменным пинком куда-то в сторону, а моя стопа, - ну по законам жанра, как без них! - путается в этом ненужном куске материи, заставляя меня еще более нервозно дергать конечностью - да так, чтобы при этом умудриться не разорвать тесный контакт с моей девочкой! Ни на секунду! Ни на долю секунды! Нельзя! Задохнусь, отключусь, превращусь в горстку пепла. Я ощущал себя электроприбором, зависящим от источника питания - настолько важно было мне не прерывать цепочки ласк и поцелуев. Даже не просто электроприбором, который включился-выключился - без разницы, а скорее компьютером без блока бесперебойного питания, которому достаточно секунды неконтакта, чтобы начать долгий и нудный процесс запуска системы заново.
    Возможно, вот эти моменты особенной, самой буйной, самой неистовой страсти, и формировали мой взгляд на брак и совместную жизнь. Мне казалось, что, когда это будет под рукой у меня двадцать четыре часа в сутки, то когда-нибудь, в один прекрасный день,  я, как аккумулятор, заряжусь этим и больше не буду нуждаться так остро в моей девочке, не буду испытывать таких чувств, не буду так гореть ею и так восторгаться каждой секундой рядом. Как бы это ни парадоксально звучало, я не хотел жениться не потому, что не любил мою любимую, мою самую восхитительную девочку, а как раз наоборот - потому что любил СЛИШКОМ СИЛЬНО, чтобы допустить хоть один шанс того, что когда-нибудь "привыкну" и стану любить её хоть на йоту меньше. Я знаю, что не прощу себе этого, но и заставить себя чувствовать как-то иначе не сумею, так что остается лишь одно - максимально оттягивать тот момент, когда я буду вынужден сдаться. Или красиво уйти. Но о красиво уйти думать решительно не хотелось, поэтому...
   Поэтому я предпочел сейчас перестать думать вообще! Я даже отвечал на её слова без участия мозга - это как инстинкт, он срабатывает назвисимо от того, в доброй ли ты памяти и здравом уме, или же уже выжил из оного:
- То есть, зачем я живу? - ответ был вопросом на вопрос, но более ничего вразумительного я выдать не сумел - только в отместку засыпал итальянку своими вопросами, которые приняли уже не словесные формы, а вылились в мои прикосновения - как  всегда жадные, агрессивно-алчные, требовательные, но, пожалуй, не эгоистичные, потому что многие из них я с любопытством направлял, чтобы увидеть её реакцию, а не получить от этого какую-то свою выгоду. Увидеть, вздрагивает ли она, когда я чуть прикусываю вот здесь и там, в моменты, когда Иса выгибается и грудь её вздымается от беззвучных криков.
  Увидеть, сокращаются ли её мышцы, когда моя рука делает вот так, дотграгивается вот здесь. А еще здесь... Прошибает ли её электрический заряд, когда я кончиком языка делаю ТАК. А так?
   Хочу, чтобы она сейчас закричала. Да, это так смешно и глупо, но я показушник еще тот, поэтому,  если я что-то делаю, об этом просто обязаны знать все. Порой мне кажетсЯ, что анекдот о том, что хороший секс - это когда после него даже соседи выходят покурить, писали с меня... Так вот, не отвлекаясь от темы, напомню, я со страшной силой хотел услышать её крик. Будет ли это крик нетерпения, невозможности вынести шумное, объемное, всепоглощающее "Хорошо", взрывающее тело и расщипляющее его на фрагменты удовольствия? Неважно. Просто хочу его слышать, поэтому тяну до последнего эту пытку, испытываю пределы её терпения (а заодно и свои), мучаю её. Издеваюсь над нею. И, когда понимаю, что еще немного и испытание это не будет иметь смысла, с силой дикого животного покоряю мою девочку. Мою сладкую и острую, податливую и строптивую, нежную и дерзкую, шкодную и сердитую. МОЮ.
  Не слышу подозрительный скрип стола. Мой слух направлен только на один звук, он, как радиоприемник, настроен лишь на одну частоту - частоту дыхания, сердцебиения и голоса Либерти.

+1

20

Когда-нибудь, я расскажу ему о том, на сколько он наглый и подлый человек. Потому что вот так нагло ворался в мою жизнь, перевернул в ней все с ног на голову, и самое главное, имел смелость стащить мое, как я была уверена принадлежавшее на веки вечные только мне одной, сердце. Потому что теперь он буквально держал меня на своей ладошке, словно красивую бабочку, и мог делать все, что захочет: холеть и лелеять или наоборот, сжать в кулак, любоваться и пылинки с крылышек сдувать, или наоборот, посадить в банку и забыть, а мог и просто отпустить на волю, не спросив у меня на то разрешения, и хочу ли я, чтобы меня отпускали. В общем, это нахальное хитрожопое существо имело надо мной полную власть, а мне это, представьте себе, даже нравится. Понимать, что я кому-то нужна и ощущать себя чьей-то. Словом, как я уже сказала: перевернул с ног на голову все в моем внутреннем мире и даже глазом не моргнул!
А еще наглый и подлый потому что ТАК издевался надо мной, и ТАК испытывал мое терпение! Играл даже не то, чтобы на нервах, а на каждом миллиметре моей кожи, дразня и обжигая ее своими прикосновениями. Такими, от которых дух захватывает и воздуха не хватает, такими, от которых ты бессознательно подаешься вперед за его ускользающими губами и от которых максимально прогибаешься в пояснице, запрокидывая голову назад, от которых у тебя не остается сил, чтобы сдерживать звонкие вздохи и стоны. Когда-нибудь я расскажу ему о том, насколько он нечестно со мной поступает, вот так просто сводя с ума и опьяняя раз за разом, и о том насколько мне, черт возьми, это нравится - ощущать себя помешанной на нем, и, в подсознании тихо ликуя, понимать что он не менее сильно помешан на мне. Хотя, признаться, порой, на какую-то милисекунду, осознание этого пугало и наводило тихий ужас: невозможно было представить, что когда нибудь это закончится - и эта страсть, которая может сыграть над нами злую шутку в любой момент, и этот слепящий омут, и это бесконечное желание. Потом, когда-нибудь, я расскажу ему о том, как мне все это нравится, а пока, пока ему расскажет об этом только мое нутро, которое так предательски реагируют на каждое его движени, то содрогаясь и напрягаясь, то расслабляясь, чтобы через секунду-другую снова вздрогнуть, будто от пробежавшего по коже разряда, легкому но ощутимому. В ответ на его бессмысленую реплику я негромко рассмеялась, удивляясь что я еще способна на какие-то иные звуки, кроме скулежа и незамечая, как в него же собственно пару секунд спустя этот смех преобразовался. Хотела что-то ответить ему, но мысль быстро потонула и затерялась среди сбитого дыхания, учащенного сердцебиения, шумных вдохов.
- Энжии... - я то и дело протяжно выдыхаю его имя. Иногда шепотом, еле слышно, а иногда громко, почти даже неконтролируемым криком, каждый раз на новую интонацию. Мне нравится произносить его, нравится, как оно звучит, утопая и смешаваясь со срывающимися с губ стонами. Иногда я произношу его же имя ему в самые губы, после ловя их своими, дабы утолить потребность поцелуев, а иногда шепче на самое ушко, после целуя и прикусывая мочку и затем прокладывая дорожку по скуле, и вниз, по шее, наслаждаясь запахом и вкусом его горячей кожи. И конечно не забываю запускать пальчики в его шевелюру, выгибаясь в пояснице, или оставлять тонкие красные дорожки от ногтей на его груди, пока пробую на вкус его губы.
А на то, как страдальчески кряхтит стол никто не обращает внимания, ведь вскрик, вырывающийся наружу и дополненный впивающимися с его сильные татуированные руки пальчиками, куда более приятен и сладок на слух.

+2

21

Как же меня всегда будоражили путешествия коготков этой  беззащитной перед волной страсти хищницы по моей спине, животу, рукам. Может бытЬ, это есть зачатки мазохизма, но я просто с ума сходил, когда чувствовал на себе их прикосновение, когда эти ощущения обещали оставить заметные красные следы. Всегда хотелось еще больше - чтобы она делала это с еще больше силой - не грубее, нет. Не яростнее. А просто глубоко-глубоко впиваясь коготками. Чтобы остались не просто следы, а глубокие царапины. Пусть даже шрамы. Пусть ими будет расписано все мое тело - каждый из них я буду вспоминать с загадочной улыбкой. Такая острая, практически пикантная боль только усиливала бы контраст и делала все прочие ощущения иллюзорно более сладкими и мощными. Просто иными способами их усилить было просто невозможно - если бы у удовольствия была шкала измерения, то мои показатели колебались бы где-то в самой верхушке, после которой наступает невозможность вытерпеть столько наслаждения и приходит реальное, вполне ощутимое помешательство.
  Словом, я охотно - охотнее, чем когда бы то ни было, поддавался под напор коготков Эстель и в те секунды, когда мне удавалось слепить из отдельных звуков хотя бы обрывки слов, я выбрасывал из себя короткие "еще", "давай же", "царапай" (оо, это было просто торжество интеллекта над страстью!). Между тем одна моя рука, находящаяся под спиной Эстель, следовала по линии позвоночника - с каждым моим движением утрированно медленно продвигаясь вниз и вниз, пока достаточно объемная ладонь не ощутила под собою приятную мягкость ягодиц. Не устоял - сжал, вжал в себя. И продолжил путь - чертил невидимую полосу от поясницы до волнующей воображение линии между ягодицами, которую, хотя и не видел в данный конкретный момент, очень живописно себе представлял. Не хотел пропустить ни одного нервного окончания, обойти вниманием ни одной интимной зоны, чтобы она чувствовала меня всем своим телом без исключения, так, как любят писать об этом в дамских романах (откуда я это знаю? Видимо, краем глаза видел в чтиве сестер) - ну знаете, про каждую клеточку. Хотел, чтобы эти все книжные сравнения стали явью, чтобы она сейчас задрожала, затрепетала в моих руках, затрепыхалась, как пойманая маленькая птичка. Потому что меня уже начинало откровенно бить мелкой дрожью.
   С трудом успеваю жадно перехватывать ртом воздух - между поцелуями, в долях секунд пауз между рывками.
Чувствую, как реально, НА САМОМ ДЕЛЕ, начинаю куда-то проваливаться вместе с Эстель. Если бы я писал роман, это выглядело бы лишь красочной метафорой, но вы себе не представляете, каково ощутить это всем своим телом - пусть долю секунды этого падения, но НАСТОЛЬКО ярко и яро... И именно в тот момент, когда я судорожно вжимался пахом в итальянку, настойчиво пытаясь ощутить её сильную, всепоглощающую пульсацию, которая дала бы мне понять о полной гармонии в ощущениях!

Отредактировано Angel Galaher (2012-04-27 12:55:40)

+1

22

Мы заводили друг друга даже тогда, когда, кажется, больше заводиться уже просто некуда, тогда когда кажется что если испытать еще чуть больше этого сладкого необъятного напряжения - то оно просто разорвет на части, требуя наконец выхода. Мы поддразнивали друг друга, подстегивали друг друга, играли друг с другой, намереваясь переполнить друг друга эмоциями и ощущениями. Эта маленькая игра, каждый раз в новой интерпритации, без которой мы, пожалуй, долго не протянем. Я охотно выполняю его требования с мазохисткими наклонностями - царапать еще сильнее, и покрываю его тело новыми царапинками, иногда, когда удается дотянуться до его губ или до его кожи своими губами, пускаю в ход зубки и едва покусываю, так, чтобы не было неприятно больно, а только чтобы подлить масла в огонь. Распаляю не только его, но и себя, пытаясь выместить на него всю эту безмерную страсть, которая, черт возьми, получая выход похоже становится только еще более пылкой, разжигается сильнее с каждым мгновением, накаляет нас обоих до немыслимых пределов. А в ответ ощущаю как становятся более напористыми его движениям, как все прикосновения и поползновения его рук по моей коже - более обжигающими и требовательными, а губы, с которых сыпятся поцелуи по всюду, куда ему только удается дотянуться - более жадными. Это похоже на безумие, в которое мы раз за разом окунаемся, и которого нам каждый раз будет мало! Но единственное, чего хочется - это его, всего, ощущать везде и восюду, чтобы ни осталось ни одного миллиметра кожи и ни одного секунды в мыслях, где не побывал бы он. Отдаться без остатка, смешать несдерживаемые вскрики с его столь же неконтролируемым хриплым рычанием, и, как говорится, пусть весь мир подождет!
Пронесшуюся в голове фразу "ой, я куда-то падаю" облачить в слова не получилось, как ни старалась. Вместо этого вышло только что-то невнятно пробормотать и сильнее обхватить его своими ножками, вместе с этим прижаться еще ближе (хотя куда уж ближе?!) к его обнаженному телу, ощущить его еще сильнее и понять что самое ужасное что может произойти из-за уплывающей куда-то опоры - это потерять всепоглощающее чувство его хотя бы на долю секунды. - Не останавливайся! - с придыханием, выпуская из легких горячий воздух, потребовала я, едва ли не срываясь на крик и замечая, как дрожит голос, видимо, от сотрясающей нас обеих мелкой дрожи. Сознание выплюнуло эти слова прежде, чем я успела понять всю их глупость, но чувствуя что со столом происходит что-то неладное, я просто не могла не забояться, что его вдруг забеспокоит целесообразность продолжения нашего нахождения здесь. Но не будем придавать много значения словам, они не так важны, когда оба накалены до пределов... Не немыслимых не существующих пределов. Слова отползают на второй план, отдавая дань уважения тактильным ощущениям, коих нам сейчас хватало с головой... Хотя нет - хватало и НЕ хватало одновременно!
Становилось не выносимо. Так невыносимо сладко и так невыносимо томительно разрасталось это напряженное наслаждение, необъятое и безмерное, затмевающее и одурманивающее, которому уже просто не хватало место, которого СТОЛЬКО быть просто напросто, казалось, не может! Но нет... немыслимо, ярко, красочно, неописуемо! - Ммммм... - пришлось закусить губу и ограничиться протяжными междометиями, дабы соседи из соседних домов не повыскакивали на улицу, пришлось выгнуться в его руках на столько, что поясницу стало больно, так, будто душа птицей рвалась наружу и так могла бы найти свой выход. И зажмуриться, чтобы не видеть вокруг ничего, чтобы концентрировать только на нем, чувствовать только его... хотя, это "вокруг", кажется, уже и без того давно перестало существовать.

+2

23

Мне потребовалось по меньшей мере пара минут, чтобы хотя бы отчасти начать приходить в себя и начать видеть что-то вокруг, слышать что-то кроме тяжелого, сбивчивого дыхания рядом и пульсации в висках. Но это вовсе не значило, что у меня есть силы поднять свинцовые веки и увидеть, что происходит, и тем более -  побороть застывшее сладкой негой оцепенение и двинуть хоть одной частью тела. Я даже дышал осторожно, силясь не спугнуть это волнующее, вытекающее, как вода из "дырявых" ладоней, как песок сквозь пальцы, ощущение сладости. Я удерживал, как мог, этот таящий, как снежинка в горячей ладони, легкий неуловимый экстаз. Словно приклеенный к ней, я держал Эстель, сжимал её в своих руках и не хотел отпускать, потому что, появись между нами хоть миллиметр дистанции, и станет холодно, зябко и пусто. Было так тепло, уютно с ней и в ней. Было так славно - осторожно опускать голову на её грудь, тереться носом о мягкие холмики этих женских прелестей. Ведь это всё - моё! Подумать только! Не знаю даже, отчего меня каждый раз ТАК восхищала эта мысль, но, лаская взглядом миллиметр за миллиметром её тела, я всегда думал о том, что совершеннее девушек не бывает. Честно - я не каннибал... Но она выглядела ТАКОЙ вкусной, что я хотел её умильно затискать и вдохновенно прорычать на ушко угрожающее "Съем!". А приходилось ограничиваться лишь слабыми покусываниями, с удовольствием замечая, как на каждое из них выгнувшаяся и напряженная, как струна, хотя будто бы уже и немного обмякшая Иса, слегка вздрагивает.
   - Говорят, беременным это полезно, - резонно заметил я, нехотя оттаскивая себя от моих любимых мест - Если бы я только мог, никогда бы с ними не разлучался! Так и ходил бы, уткнувшись в них, или прислонившись щекою. По улице, в магазин, в душ, в постель, к соседям за солью... Представляете? Идешь по тротуару, а ОНИ рядом! - не сомневаюсь, что такой бред приходил в голову не мне одному, посему мне даже не стало стыдно за такие мысли - я лишь коротко в ответ на них хихикнул.
  И вот сейчас, в этот самый момент, кажется, ко мне начало приходить прозрение. Ощущение реальности накатило столь внезапно и озарило своей ясностью, что сразу вспомнился фрагмент старой доброй "Матрицы", когда Нео с Тринити, промчавшись через белый пространственный коридор оказались в арсенале. Вот так вокруг меня один за одним стали проявляться объекты кухонной мебели и, скажу вам прямо, что-то было явно не так.
- Таки мы это сделали! - толи с радостью и ликованием, толи просто уж очень удивленно, воскликнул я - как всегда, быстро переключаясь от томной романтики наших с Эстель любовных игрищ на вопросы более приземленные и будничные. - Мы его развалили! О неееет! Как же так? -  не веря своим глазам, я шарил взглядом по обломкам. - Ты... ты не ушиблась, сладость моя? - видимо, начинать нужно было именно с этого, но слова - они неконтролируемы абсолютно! (вы назовите хоть одну вещь во мне, которая контролируема... Буду весьма признателен!)

+1

24

Если бы только можно было выразить словами, НА СКОЛЬКО здорово, уютно и комфортно находиться вот так в его руках, в его объятьях - я бы обязательно написала бы целое эссе на данную тему. Но, увы и ах, слов не хватит, даже если собрать их со всех языков мира. Хотя у него, конечно, так и так была возможность запросто прочесть это эссе: по тому, как светятся мои глаза или по тому, какая счастливая и блаженная улыбка играет на моих губах. А еще по тому, с какой необъятной и внегалактической нежностью и провела кончиками пальцев по его лицу, очерчивая линию скулы, смотря на него так словно видела в последний раз, или будто боялась что если сейчас он меня опустит - то это уже навсегда. И пусть даже я знала, что это не так, мне этого жутко не хотелось, здесь и сейчас было сложно представить как это - быть отдельно от него, на расстоянии нескольких метров, когда здесь и сейчас уже даже миллиметр казался бы страшной пропастью, пролегшей между нами.
   - Говорят ЭТО вообще полезно - ухмыльнувшись, проговорила я, так тихо, как будто повышенный на пару тонов голос мог бы разрушить нечто неуловимое взглядом, нечто хрупкое и зыбкое, нависшее над нами... Тишину, гармонию, единство, называйте как хотите. Я продолжала гулять пальчиками по его лицу, рисовать на его коже невидимые рисунки, до тех пор пока он не отстранился от меня. По коже, еще недавно разгоряченной и теперь теплой, тут же пробежал холодок, оставляя за собой след из "гусиной кожи". Теперь, судя по всему, нужно было собрать себя обратно в целое, как-то скинуть с себя негу и не раскиселиться окончательно, и я пока не представляла, как это можно сделать - проще было просто проваляться до конца дня в обнимку друг с дружкой и проболтав на совершенно отреченные и неважные темы. Впрочем, возможно, находись мы в другой обстановке - а именно хотя бы где-нибудь в спальне или на диване - я бы имела смелость настоять на таком повороте событий, но имеем то, что имеем - и это "имеем" я бы не заметила без помощи абсолютно восхищенного Ангела.
   Скомпоновав себя в пространстве, и теперь выглядя даже немного смущенной (я ж, в конце концов, девушка таки приличная, даа) я, большущими глазами наивного ребенка озиралась по сторонам и оценивая ущерб, который мы нанесли нашей кухне. - Нет, не ушиблась, все в порядке - прислушавшись к своим ощущениям, которые говорили что с самочувствием у меня все отлично, и что никаких ран я не понесла (завтра конечно возможно синяки и повыскакивают, но сейчас...) растерянно пробормотала я. - Ну блин, теперь новый покупать! - возмутилась я, прикидывая в голове и абсолютно не находя сил на объяснение того КАК, ну просто вот КАК мы могли его сломать!! Хорошо постарались, видимо, да.. - Дай пожалуйста - я кивнула на свой пеньюар, который нескладным нечто красовался на полу прямо неподалеку от его ног. - Выбирать будем вместе! Ну ты понимаешь, чтобы удобный был, все дела.. - нет, ну а что, стол - это очень важная в хозяйстве вещь, как мы успешно доказываем на практике, и нравиться он должен обоим!

+1


Вы здесь » Golden Gate » Архив игровых тем » Это временно...