Golden Gate

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Golden Gate » Архив игровых тем » Черный юмор


Черный юмор

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

1. Название воспоминания/события
Черный юмор
2. Действующие лица
Umbrella Rookwood, Caesar Avery
3. Дата/примерная дата и время
1 апреля 2011 г.
4. Краткое описание.
  Что бы вы почувствовали, окажись вы в университетском бассейне и заметь всплывший труп? Явно не желание поржать и сказать - "Прикольная первоапрельская шутка". Да кто вообще в такой момент подумает о шутке?

0

2

Сказать, что Эйвери был знатным занудой? Да нет, не то. По крайней мере, в компании никто не жаловался, да и сам себя он таковым не считал. Однако и до весельчака ему было, как до Парижа раком. Он любил пошутить, любил посмеяться (над другими, разумеется, не над собой!), но вот когда дело доходило до каких-то подколов и разводов, в его исполнении они всегда отличались некоторой... не изощренностью, но вобщем-то, едва-уловимой характеристикой, которая делала их исконно цезаревскими. Они местами были грубоватыми, понятными лишь ему одному и вообще смех вызывали у избранного круга людей. Специфичный такой юмор, малопонятный.
  Словом, первое апреля был не самым любимым днем в году для Цезаря - хотя бы даже потому, что в этот день концентрация подъебов в его адрес достигала максимума, а это вызывало острое желание засандалить сотне шутников звонкий подстрачник. Но сам он, конечно же, не мог проигнорировать сей великий день и остаться в стороне, а именно поэтому заблаговременно запасся внушительной баночкой крови (не спрашивайте, где он ее взял, ибо может стошнить, одно можно сказать наверняка - кровь была самой что ни на есть настоящей), позаимствовал в театральной студии некоторый реквизит,  имитирующий смертельное ранение на голове и шее, и, со спокойной совестью направился в бассейн, потому как именно этому месту в этом году выпала честь стать бессловестным зрителем жизненной драмы.
  Эйвери интуитивно ощущал, что затея его может привести к печальным последствиям - например, к яйцам, от избытка чувств намотанным на уши или к сердечному приступу... (предпочтительнее было второе, конечно же, свои яйца-то дороже будут, чем чьё-то не вынесшее такого стресса сердце). Но так хотелось, так хотелось... Цезарь закрывал глаза и уже видел перед собою эту гримассу ужаса, паники, отчаяния, которая пестрыми красками распишет лицо того несчастного, кто купится на его дешевый, но весьма эффектный трюк.
  Осталось только дождаться "жертву" - и этим Эйвери уже минут двадцать, как занимался, бультыхаясь в бассейне. Становилось холодно и откровенно нудно. Стали посещать мысли, что никому не понадобиться чесать в бассейн посреди дня. Шутка была на грани срыва и это раздражало еще больше, чем прилипшие к заднице джинсы и противно хлюпающие кроссовки.
  Но вот они - спасительные шаги! Шаги, заставившие Эйвери спешно открыть банку, содержимое которой тутже разукрасило воду багровыми разводами, затаить дыхание и "всплыть" мордой вниз. Трупа ему играть еще не доводилось и он очень надеялся, что выходит убедительно - а иначе к чему были эти жертвы?

+1

3

Будто кто – то запрограммировал прошедшие дни так, чтобы они приносили лишь одни разочарования, нагоняли тоску и скуку. В такие дни она любила воду. Наслаждением было каждый день, придя домой, забраться в любимое джакузи с наушниками в ушах и сидеть в этом «мире» до тех самых пор, пока кожа не начнет скукоживаться.
Первое апреля в этом году выдалось не очень – то и веселым, вернее сказать – совсем никаким: с неизвестного номера на телефон Руквуд пришло сообщение, что ее отец остановился в отеле с неизвестной женщиной и явно не для того, чтобы обсудить какие – то рабочие дела или моменты. Девушка не могла поверить в то, что отец способен на измену: да, мужики, конечно, всегда в своем репертуаре, но не мистер Флаер, только не он. Прожив со своей супругой счастливые двадцать лет, у них даже никогда не было разногласий! Ругались родители Амбреллы редко, даже чересчур редко! Да и Сьюзен никогда не давала мужу поводов изменять ей – она была преданной и любящей женой. Хотя, какая уже разница? Факт оставался фактом – кто – то настучал на Флаера, и было ли данное сообщение правдой или ложью, Амбри оставалось лишь догадываться ведь как никак, а на дворе первое апреля – может, это просто какая – то злая шутка: звонки на неизвестный номер были заблокированы, а отец не брал трубку – автоответчик говорил, что тот но важном совещании.
Так вот именно вода сегодня могла дать девушке хоть немного расслабится и привести себя в чувство, поэтому переодевшись в купальный костюм, захватив с собой полотенце, Амбрелла направилась в университетский бассейн, куда, кстати говоря, заходила не так часто. И все было бы хорошо, если бы не было так грустно: стоило только Руквуд открыть дверь в помещение, где и находился бассейн, как ее взгляду предстала не очень забавная картинка: красное пятно, «гуляющее» по воде, в первую очередь намекало на то, что бассейн уже «занят», а во вторую очередь говорило о том, что кто – то…
- Господи! – воскликнула Амбрелла, подходя к бассейну неуверенными шагами все ближе и ближе. Бросив полотенце на плитку и прыгнув в воду, девушка даже не стала задумываться о том, к чему приведет это геройство – спасение утопающего. Стараясь быстрее добраться до жертвы, Руквуд перебирала ногами и руками в воде, зная лишь одно – человека нужно как можно скорее вытащить. – Эй! – девушка схватила человека за ноги - первое, до чего она смогла добраться – и потащила на выход из бассейна.
И кто только сказал, что в воде человек легче, выбравшись, наконец, из бассейна, заметила Амбрелла, вытаскивая незнакомого на плитку. Развернув утопленника лицом к себе, Руквуд заметила, что это был парень. Девушка похлопала юношу по щекам – ответа не последовало.

Отредактировано Umbrella Rookwood (2012-01-28 12:22:19)

+1

4

Вообще-то, Эйвери искренне надеялся, что по счастливому стечению обстоятельств в бассейн примчится кто-то из  его знакомых. Еще лучше, если эти знакомые будут с претензией на место друга. Так забавнее. Их лица выражали бы не в пример больше неподдельной паники и ужаса, чем любое другое лицо незнакомого человека. Все люди склонны сострадать, но правда такова, что только то, что касается собственной драгоценной шкуры и задницы, трогает нас до глубины души, а все остальное с легкостью задвигается на пыльную полку "ах, какой ужас!".
   А еще Цезарь слегка не подрасчитал, что очень скоро ему настолько захочется вдохнуть кислорода, что даже мерзопакостная шутка отойдет на второй план. Держался он изо всех сил, мысленно проклиная медлительность подоспевшей девушки (а судя по голосу, это была именно представительница слабого пола), и клялся себе, что как только все закончится, всенепременно разъяснит ей, что в таких ситуациях каждая секунда на счету и что когда-нибудь кто-нибудь обязательно копыта откинет, если она будет так долго возиться со спасательными манипуляциями.
   Но Эйвери, как настоящая амфибия, бесстрашно выдержал пытку водой и позволил себе сделать вдох тогда, когда бедняга вытаскивала его  на кафельный пол (вряд ли ей было до того, чтобы прислушиваться к дыханию убиенного). Теперь оставалось надеяться, что она не будет столь же медлительна и приступит к дальнейшим действиям раньше, чем в Эйвери снова возопиёт жажда воздуха и потребность в оном станет невыносимой.
   В какой-то момент Цезарь даже почти сам себе поверил и чуть не отъехал в обморок от усердия, с которым он изображал трупа. А следующим этапом было дикое желание заржать, которое, как выяснилосЬ, даже сильнее физических потребностей в дыхании.
  "Давай, детка. Попробуй сделать мне искусственное дыхание" - мысленно давал установку Эйвери, борясь с желанием приоткрыть один глаз и увидеть, как же сейчас выглядит лицо незнакомки (а может быть, они даже знакомы?) Кстати, она почему-то не закричала. И это было странно. Девушки обычно кричат - инстинкт у них такой, все самые яркие моменты в жизни сопровождать ультразвуком.
  Размышления Цезаря прервали легкие пощечины, и что самое обидное, сейчас у него не было ни единого шанса воспрепятствовать подобному обращению с собой!
"Возмутительно же! - мысленно распалялся Эйвери. - Бля, ну неужели не видно?! Я ж задохнусь сейчас! Утопленников надо ОТКАЧИВАТЬ, а не оплеухами развлекаться!".
  Шутка уже во второй раз оказалась на грани срыва. Это оказалось не так-то легко - не позволять себе никаких лишних движений - следить за каждым членом своего тела, вплоть до ресниц, которые так и хотели затрепыхаться! Нет уж, на следующий год Цезарь зарекся шутить подобным образом!

+1

5

Руквуд тяжело дышала как от волнения - вдруг человек уже давно умер, и девушка была последней, кто его видел, дотрагивался до него и вообще – давать потом показания в суде – ей это было лишним делом, так и от того, что быстро размышляя и продумывая, что же делать дальше, сердце бешено колотилось в груди. Кстати, а что обычно в таких ситуациях делают дальше? Амбрелла понятия не имела об оказании первой помощи утопленнику: вытащить человека из воды, а потом? В фильмах все выглядит так красиво и понятно, но в нужный момент – так ли поступать на самом деле?
Амбрелла села на парня так, что ноги находились по бокам от его туловища – поза, надо сказать, немного странная, но думать об этом девушка не хотела, даже если сейчас кто – нибудь зайдет в бассейн и застанет ее с молодым юношей в таком виде. Да, а еще стоит заметить, что Руквуд была в купальнике, а парень одет в том, в чем, видимо, ходит по улице! А еще у Амбри растекся наверняка макияж – может привести сперва себя в порядок, а потом заниматься геройством? Шутки – шутками, но если парень увидит девушку в таком виде… Хотя, плевать в каком виде он ее увидит – главное, чтобы вообще увидел, открыл глаза!
Студентка наклонилась правым ухом к сердцу незнакомца, чтобы услышать бьется сердце или уже давно отстучало свое. Да, сердце билось. Он жив, но, кажется, просто не знает об этом. Руквуд двумя пальцами нащупала у парня пульс у шеи – там тоже все стучало. Радости не было предела, если бы жертва открыла глаза, но нет. И что делать теперь? Оставить его здесь, пока он не придет в себя самостоятельно или попробовать сделать массаж сердца, о котором девушка слышала в фильмах?
Девушка вздохнула, двумя руками прикоснулась к груди незнакомца (то было место где – то между солнечным сплетением и сердцем) и принялась резкими движениями надавливать на эту область. Раз, два, три. Раз, два, три. Амбри внимательно наблюдала за лицом парня, ожидая хоть какой – нибудь реакции. Какой – нибудь, но только не никакой! Кажется, все было напрасно.
Последним оставалось попробовать сделать искусственное дыхание, но тут были лишь две проблемки, об одной из которых лучше умолчать, чтобы не придать всей ситуации еще больше трагизма. А вот вторая проблема была в том, что Амбрелла понятия не имела как его делать. Ну да ладно, как говорится – попытка не пытка.
Девушка склонилась над лицом парня, двумя пальчиками зажав его губы так, чтобы можно было в них вдохнуть воздуха. Руквуд прикоснулась своими губами к губам незнакомца.

+1

6

Сложно сказать, что на тот момент было сильнее - инстинкт самосохранения, настоятельно советующий прекратить выпендриваться и впустить в легкие кислород, или желание постебаться над несчастной девушкой до самого победного конца и увидеть апогей проявления собственной наглости, беспринципности и извращенного чувства юмора. Эйвери геройски держался до последнего. Он мысленно матерился на чем свет стоит, в три-пять и более этажей; костерил по чем зря родственников до десятого колена этой девушки, словно те были виноваты в неосведомленности отпрыска в медицине и способах спасения утопших. (вообще-то и Эйвери тоже знал об этом не так много - не приходилось как-то работать спасателем Малибу; но он всегда свято верил, что для воскрешения достаточно дыхания рот в рот). Последним гвоздем в крышку гроба горе-шутника едва не стал массаж сердца - Эйвери буквально почувствовал, как лицо его становится пунцовым от напряжения, а голова кружится. Еще чуть-чуть и он потерял бы сознание вполне себе нешуточно, когда вдруг массаж прекратился и холодные пальчики незнакомки сжали его губы в "куриную попку".
"Слава яйцам!" - возликовал Эйвери и едва сдержался, чтобы не испортить "куриную попку" торжествующей улыбкой.
   Не прошло и секунды после того, как чьи-то мягкие теплые губы коснулись губ блондина - он резко, шумно выдохнул носом и, нахально приобнимая мокрую спину горе-спасательницы, абсолютно бесцеремонно продолжил процедуру "рот-в-рот", правда с восстановлением дыхания она уже, кажется, никак не была связана.
    Хотелось ржать, представляя себе офигение, наверняка с примесью негодования и возмущения на лице девушки. Хотелось согнуться пополам и кататься по холодной  мокрой плитке, сотрясаясь от собственного "остроумия". И лишь лубокая, всепожирающая досада по поводу того, как много потеряет ютуб из-за отсутствия оператора для всего этого безобразия, едва-заметной кляксой портила картину. А еще, шестое чувство настоятельно рекомендовало беречь яйца или делать ноги. Лучше второе, потому как одному Богу известно, какое отмщение предпочтет перепуганная девушка - может, она вообще зарядит мощный хук слева...
  Fenita la comedia, как говорится.

+1

7

Она только хотела вдохнуть в него воздух, чтобы тот мог дышать, открыть глаза и поблагодарить за спасение. Она только хотела помочь. Она только хотела как лучше… А вышло – как всегда – плохо. Вдохнуть воздух не получилось, ибо Руквуд почувствовала, во – первых, «ответную реакцию» на поцелуй, во – вторых, чужие руки на своей спине, и, в – третьих, его дыхание. Девушка среагировала не сразу, она дала себе волю не отрываться от поцелуя, но затем, резко оторвавшись от незнакомца, залепила ему тяжеленную пощечину, которую только позволяла дать ей ее правая рука. Ох, а этот шлепок, что выдала щека парня, ммм – сплошное наслаждение!
- Придурок! – Амбрелла ладошкой ударила его по груди. – Тебе заняться нечем?! – еще несколько несильных ударов в грудь, что сопровождались чпоканьем – ну еще бы, все – таки на юноше была мокрая майка. Амбри встала с незнакомца и, хмурясь, взглянула на него. – Господи, да вы с ума сегодня все посходили?! Что за шутки вообще такие?! Ты в своем вообще уме?! А если бы я не пришла?! – Руквуд подняла с плитки свое полотенце и принялась им бить беззащитного паренька. – Ааа! – крик сам собой вырвался из грудкой клетки, заставляя бешено колотиться сердце и глубоко дышать. Разум, кажется, сейчас был в отключке, ибо если бы он работал, девушка бы давно убила этого идиота. – Ненормальный! – она снова ударила его полотенцем.
Кажется, Амбреллу волновало не то, что вся эта ситуация была дикой и злой шуткой, ее волновало то, что если бы она не решила зайти сегодня в бассейн, этот чокнутый мог пролежать на воде еще бог весть знает сколько времени. Он мог бы и захлебнуться, и утонуть, и вообще черт его знает, что могло бы произойти! Нет, Руквуд не считала себя героем – разве это можно назвать геройством? Она вообще не знала, что и думать. Видимо, день сегодня такой – все идет не так, как надо, «на поворотах» встречаются какие – то отморозки, которые приготовили для тебя ловушку.
- Какой же дурак. Ооо, мамочки, - она покачала головой и пожала плечами, закидывая полотенце на плечо. По – хорошему, этому парню следовало бы придумать наказание, а не стоять и причитать по поводу отсутствия мозгов у этого двуногого существа, но, если честно, Амбрелла понятия не имела, как можно его проучить, несмотря на то, что мозг шептал, что ни о какой пощаде речи и быть не может.

+1

8

Ржать хотелось просто до неприличия громко! Во сто крат сильнее, чем этого хотелось минуту или пять минут назад. Но нужно было сооблюсти хотя бы некоторые формаль...
  Звонкая пощечина - в принципе, логичная и предсказуемая, за которую яйцам Эйвери стоило отвесить поклон до земли этой незнакомке за проявленное к ним милосердие. О нет, даже она не испортила этого садистского кайфа, которого испытывал Цезарь от успеха проведенной операции. Каждая такая "постановка", которая ему удавалась - была словно очком в его пользу во внегласной игре "Цезарь и остальные". Вся жизнь - театр, а люди в ней -актёры. Золотые ведь слова, особенно, если ты - Цезарь Эйвери, для которого подобные сцены - это действительно вся его жизнь.
   О, как она живописно негодовала! Камеры! Свет! Лицо крупным планом! Мысленно Эйвери дерижировал этим всем оркестром из камер и осветительной техники, чтобы они смогли идеально запечатлеть эту неподдельную эмоцию самого чистого в мире негодования, самого праведного гнева, какой только можно себе представить. Легкое напыление досады, блеск в глазах, который не сделаешь ни гримом, ни аксессуарами, ненаигранные жесты и хлюпающий звук на груди молодого человека - в тех местах, где её теряющие силу ладошки соприкасаются с мокрой одеждой.
   Нет, сдерживаться больше просто не было сил! Потирая пощечину, Цезарь бесцеремонно сорвал с плеча девушки полотенце, чтобы слегка просушить макаронную фабрику на голове, затем осторожно "ссадил" спасительницу с себя, встал и лишь тогда позволил себе рассмеяться полной грудью, выпустить тот щекотный, елозящий комок позитива/злорадства (нужное подчеркнуть), который так и хотел вырваться из его груди с того самого момента, как великое Охуение расписало лицо девушки своими кислотными оттенками. Давно, ох давно он так не ржал, что болеть начинал и пресс, и лопатки, и шея, и мускулы лица. Когда наконец приступ его полуистерии подошел к концу, молодой человек внезапно сделался достаточно серьезным, присел на корточки и, приподняв указательным пальцем лицо девушки, даже почти с сожалением пробормотал:
- Эй, ну сегодня же первое апреля! И если бы ты не пришла, я бы не прикинулся трупом. Я ж не придурок какой, чтобы не дышать хрен-знает-сколько, не будучи уверенным, что кто-то воообще войдет. - смерив масштабы "разрушений" - выражение лица девушки, оценивающим взглдядом, Эйвери покачал головой и согласно вздохнул: - Ну ладно, совсем-совсем немножко придурок... Но блиииин, это же было таак смешно! Тебя как зовут, мать Тереза?
  Не зря поговаривают, что большинство мужчин - безчувственные скоты. Нельзя, конечно, всех под одну гребенку, но 99 процентов из 100, вероятнее всего, расценили бы содеянное Цезарем действительно как мега-крутую шутку, тогда как сердобольные барышни с материнским инстинктом были бы полностью солидарны с нынешней жертвой первоапрельской шутки.

+1

9

Мозг шептал, шептал и нашептал что – то очень хорошее, то бишь про проучить. Пускай мысля была достаточно глупой и не серьезной, но она нравилась Руквуд, хотя девушка понимала, что сильней подшутить над незнакомцем она не сможет – не хватит мозгов просто додуматься до чего – то такого дурного! Хотя, конечно, мыслей было много (у Руквуд ведь тоже фантазия не хухры - мухры, да): запустить в бассейн ужа, а потом толкнуть туда парня и крикнуть, что в воде плавает некая ужасно ядовитая змеюка; или жабу подбросить на парня - пусть покроется бородавками; или облить его клеем, а сверху посыпать перьями... Благо - для незнакомца - ничего такого Амбрелла при себе не имела, поэтому стоило довольствоваться тем, что девушка могла себе, так сказать, сегодня позволить по отношению к этому дурачку. И пока Амбрелла додумывала «коварный» план и разбиралась со своими мыслями, паренек прикоснулся своим пальчиком до лица студентки и приподнял его, а затем начал что – то говорить ей, правда, что именно Амбри не знала – прослушала, хотя ясно слышала что – то про первое апреля и про мать Терезу, а еще, что парень спрашивал имя спасительницы. Ох, кто бы знал, как сейчас хотелось ему снова врезать. Но нельзя, а то можно все испортить.
- Амбри, - тихо произнесла Руквуд, заглядывая в глаза юноше и поправляя локон мокрых волос, который упал на глаза. – Амбрелла, - пожав плечами, добавила американка, давая понять, что не играет никакой роли, как он будет к ней обращаться. Кажется, девушка успокоилась. Она провела ладошкой по щеке, которую недавно посмела «обидеть» и чуть улыбнулась. – Ты прости, - Амбри чуть прикусила нижнюю губу, - больно, наверно, - добавила она, приближаясь к незнакомцу все ближе и ближе.
О, ладно, зачем тянуть кота за хвост? Резким движением, девушка, что есть силы, толкнула парня, а сама отскочила подальше от бассейна, чтобы тот не вздумал отомстить – больше Руквуд не  была намерена плескаться – на сегодня хватит, ага.
-  Дебил! – воскликнула студентка, глядя на парня, который вновь очутился в бассейне. – И не дай бог я тебя еще раз увижу! – хмурясь, крикнула Амбри, развернулась и, «чпокая» мокрыми пятками, вышла из помещения, направляясь в раздевалку за остальными вещами.

+1

10

Странная девушка со странным именем, которое даже заставило Цезаря  задуматься о мнимой оригинальности его собственного...  Только что она рвала и метала, искренне возмущенная такой жестокой и неуместной шуткой, будь она произведена хоть на фестивале юмора, а сейчас сидит такая - прикрытая легким флером аппатии, милая, спокойная. Обычная такая себе девушка в естественной среде обитания, не  взвинченная внезапным стрессом, не  раздраженная - словно он встретил ее за столиком в кафе, колупающую подтаявшее мороженное под гнетом легкой осенней меланхолии. И это ее извиняющееся поползновение в сторону ушибленной щеки Цезаря, которую он сейчас, окрыленный собственным удавшимся розыгрышем, почти даже не ощущал - все это показалось ему странным, несомненно. Но, не найдя никаких разумных доводов, почему стоит напрячься по этому поводу, Эйвери успел было уже даже расслабиться и, как говорится, получать удовольствие - как знать, может, такое неудачное начало знакомства обернется романтичнейшим свиданием на крыше при свечах!
   Эйвери с легкостью поддался этой внезапно застигшей его атмосфере полублизости. Его вообще всегда вдохновляли такие вот ситуации, у которых есть перспектива закончится бурным несколькиминутным сексом, вспоминая который потом будешь краснеть, словно пристыженный школьник, натыкаясь в коридорах университета на виновницу аллеющих щек. И сейчас это выглядело так...
  Но он не успел додумать достойный епитет тому, как же это все выглядело, потому что внезапно потерял равновесие и улетел обратно в бассейн. И лишь вынырнув ,но еще не успев толком распахнуть глаза, преодолев тяжесть мокрых ресниц, блондин понял, в чем была причина такого внезапного нарушения координации. Плутовка! Хитрая, мстительная девица! Не то, чтобы Цезарь негодовал - скорее наоборот, его это лишь еще больше позабавило - то, с какой расчетливостью и ловкостью она провернула свою маленькую местЬ, надавив на самое известное слабое место мужского пола, которое, вопреки мифическому утверждению "предупрежден, значит вооружен", никогда не оказывалось во всеоружии, чтобы противостоять проискам так называемого слабого пола.
- Да лаааадно, - сгребая ладонью мокрые завитки назад, со лба, прокричал в след девушке со странным именем Цезарь. - Увидимся же! Зато будет, что вспомнить!
    В жизни Цезаря было мало людей, которые просто "прошли мимо". В основном напротив каждого имени можно было написать хотя бы одно коротенькое предложение в духе: "Саймон. Стащили лифчик у соседки", "Эрика. Упала в обморок во время медленного танца на школьном балу". Теперь в этом длинном, почти бесконечном списке знакомых появилось еще одно имя: "Амбрелла - Мстительный Спасатель Малибу", и молодой человек был уверен - еще не стоит ставить точку. Будет еще повод, и не один, дописать небольшую лаконичную историю.

- Конец-

+1


Вы здесь » Golden Gate » Архив игровых тем » Черный юмор